Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяНа злобу дня — без злобыПубликации в издании «управление школой»Единый, но не единственный

Единый, но не единственный

Декабрь

10 декабря, в Международный день прав человека, в Государственной Думе проходили парламентские слушания по итогам эксперимента – введения единого госэкзамена (ЕГЭ). В последнее время дискуссия по поводу ЕГЭ приобрела характер не столько научного обсуждения, сколько взаимной агитации сторон, плохо слушающих друг друга. Попробуем положить на две чаши весов “плюсы” и “минусы” единого экзамена в том виде, как они были озвучены депутатами.

Первое. Оптимисты в качестве достоинства ЕГЭ называют ликвидацию психологических перегрузок. Действительно, весьма заманчиво дать возможность выпускнику школы сдавать только одну серию испытаний. С другой стороны, сомневающиеся говорят, что вместе с перегрузками ликвидируется и право на ошибку. Не секрет, что сейчас многие дети одновременно подают документы в несколько вузов. И не редки случаи, когда выпускник по одному и тому же предмету в одном учебном заведении получает “три”, в другом – “пять”. Таким образом, несколько серий экзаменов уменьшают воздействие случайных факторов и дают дополнительный шанс. При введении единого экзамена такого шанса не будет. ЕГЭ можно будет пересдать только через год и на платной основе. Поэтому, в каком случае психологические перегрузки больше: при одной серии экзаменов с огромной ответственностью или при нескольких сериях экзаменов с правом на ошибку – это еще вопрос.

Второе. Оптимисты говорят, что единый экзамен в значительной степени повышает академическую мобильность. Скептики соглашаются. Действительно, она расширяется в территориальном плане. Ребенку из Якутии можно сдать экзамен в московский вуз, не выезжая из своей республики. Однако главная проблема для России – расширение мобильности в социальном плане. Сибирские или кавказские дети не едут в Москву не потому, что не могут собрать деньги на поездку, а потому, что не могут позволить себе жить в столице.

Третье. Оптимисты полагают, что ЕГЭ ликвидирует коррупцию при поступлении в вузы вместе с приемными комиссиями. Скептики полагают, что коррупцию в отдельно взятой области образования искоренить невозможно, и доказывают, что изменится лишь место приложения коррупции. Не секрет, что в Москве некоторые фирмы стоят “на старте” и ждут появления комиссий по приему ЕГЭ, полагая: с одной или несколькими большими комиссиями наладить отношения легче, чем с комиссиями в каждом вузе. Кроме того, есть возможность воздействия на результат экзамена в его процессе и при компьютерной обработке.

Четвертое. Оптимисты полагают, что единый экзамен резко повысит объективность оценки знаний. Вместе с тем, ликвидируя воздействие одних случайных факторов, ЕГЭ может порождать другие случайные факторы: единственная возможность сдачи экзамена превращает его в большей степени в лотерею, нежели сейчас, когда экзамены сдаются в несколько вузов одновременно. Помимо этого скептики указывают на качество измерителей, считая, что сейчас единый экзамен выявляет эрудицию, память, но в очень слабой степени – творческие способности. Если в естественнонаучном цикле задания более или менее традиционны, то в области, скажем, иностранного языка ЕГЭ выявляет преимущественно знание грамматики и словарный запас и в слабой степени – произношение, чувство языка, которые легко обнаруживаются при устном экзамене. Я уже не говорю про экзамены по истории и другим гуманитарным предметам, где большинство тестов на знание дат и фактов, но не на понимание общественных процессов.

Пятое, наконец. Сторонники ЕГЭ думают, что он увеличивает равенство возможностей при поступлении в институты, тогда как скептики в этом сомневаются. При этом указывается на опыт Казахстана, где ЕГЭ привел к сокращению числа бесплатных бюджетных мест, на недавний скандал в Великобритании, где комиссии, боясь обвинений в либерализме, выставили слишком строгие условия на едином экзамене и тоже сократили количество британцев, получивших право учиться в университетах. Кроме того, есть факт, косвенным образом доказывающий намерения правительства сократить бесплатные учебные места в России в связи с предполагаемыми ЕГЭ и ГИФО. Дело в том, что Госдума рассматривала в первом и втором чтениях проект закона, в котором предусматривается фиксирование сложившегося количества бесплатных мест на десять тысяч населения. Правительство выступало против этого проекта. “За” него проголосовали Компартия, Агропромышленная депутатская группа, группа “Народный депутат”. Но для принятия закона голосов все равно не хватило.

Напомню, что право на образование – одно из основных прав человека.

Опубликовано: Управление школой. - 2002. - 16-22 декабря. - № 47. - С. 4.