Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяНа злобу дня — без злобыСтенограммы публичных выступленийО мерах по созданию условий для получения образования лицами с ограниченными возможностями здоровья и инвалидами

О мерах по созданию условий для получения образования лицами с ограниченными возможностями здоровья и инвалидами

. Москва. Коллегия Министерства образования и науки РФ

Уважаемые коллеги! Уважаемый Андрей Александрович!

Постараюсь выступать недолго, во-первых, как соавтор тех положений, которые вошли в законопроект; во-вторых, как человек, имеющий опыт и специального, и интегрированного образования; в-третьих, по поручению президента Всероссийского общества слепых.

С вашего позволения не буду говорить о достижениях, но буду говорить о проблемах – по возможности, конспективно.

Позиция первая ранняя коррекционная помощь. Рассматриваю это положение как право ребёнка на раннюю коррекционную помощь. Мне кажется, стоит последовать примеру Москвы и сделать то же самое на уровне федерального законодательства.

Позиция вторая – дошкольное образование. Сейчас оно значительно менее доступно детям с инвалидностью, чем здоровым детям. Даже в Москве – может быть, наиболее продвинутом регионе в этом отношении – дошкольные учреждения посещают около 2/3 обычных детей и около 1/3 детей-инвалидов. Разница, как видно, в два раза. Проблема отчасти и в родителях, отчасти и в самих садах. Если этот вопрос удастся решить на уровне Положения о дошкольном учреждении, замечательно, но мне кажется, что, как и другие вопросы прав человека, эта проблема должна попасть и в федеральный закон тоже.

Позиция третья – дети вне школы. Точной статистики нет. Но в Четвёртой Госдуме была озвучена информация, что около 200 тысяч детей-инвалидов не получают школьного образования. В Докладе Уполномоченного по правам человека обозначалась примерно 1/3 всех детей-инвалидов. С тех пор эксперты наблюдают положительную динамику, но таких детей всё ещё много. Скажем, есть проблема домов-интернатов системы социальной защиты. Лично знаю несколько детей, которые там были объявлены недееспособными и, соответственно, необучаемыми. Здоровому человеку находиться вместе с людьми с психическими отклонениями тяжело. Поэтому сам слышал от одной девочки, что её мечта – попасть в дом престарелых. Если вопрос о том, чтобы передать эти учреждения в ведение органов управления образованием вызывает серьёзные межведомственные проблемы, может быть, хотя бы принять решение о том, что органы управления образованием принимают участие в управлении этими учреждениями. И это вопрос не только гуманности, но и вопрос экономики. Эти дети станут работниками, гражданами, будут платить налоги.

Позиция четвёртая – коррекционные учреждения или инклюзивное (интегрированное) образование. Как ни странно, в последнее время наблюдаются проблемы с обеих сторон. С одной стороны, буквально вчера в Москве суд выиграла женщина, которая не хотела отдавать учиться своего ребёнка в специальную школу, а хотела – в общую школу. С другой стороны, в некоторых регионах России, в целях экономии в том числе, стихийно происходит расформировывание специальных учреждений, дети переводятся в обычные, но при этом забывают создать им специальные образовательные условия.

Изучал опыт ряда стран Европы и Америки. Даже в самом продвинутом округе самого продвинутого города Великобритании – округе Ньюхэм города Лондона – ребёнок с нарушениями зрения не может пойти в любую школу, а только в две школы, где созданы специальные образовательные условия. Поэтому, на мой взгляд, должно быть право выбора родителями и интеграция должна осуществляться по мере создания специальных образовательных условий. Как человек, закончивший специальную школу, точно знаю, что переход в большой мир – значительный стресс, но при этом точно знаю, что ни в какой другой школе такого качественного образования я получить бы не смог. Думаю, что образование, которое незрячие ребята получают сейчас в Ньюхэме, слабее, чем то, что я получил в своё время в специальной школе.

Позиция пятая – язык жестов и проблема подготовки переводчиков. Вопрос всё время ставится коллегами из Всероссийского общества глухих – и совершенно справедливо. Видимо, не только в общем законодательстве о социальной защите инвалидов, но и в образовательном законодательстве этот язык должен быть легитимизирован, хотя психологи и дискутируют о том, что эффективнее – пользование языком жестов или умение читать по губам.

Позиция шестая – качество специального образования в специальных школах для незрячих. Совет незрячих работников интеллектуального труда при Центральном правлении Всероссийского общества слепых просил организовать специальную встречу, т.к. есть серьёзные, тревожные проблемы. Качество образования в специальных школах в последнее время упало. Например, учителя естественно-математических дисциплин не знают специального языка брайля и не могут научить ему своих учеников, соответственно. А без этого качество образования падает. Между тем, в стране были прекрасные незрячие математики. Виктор Антонович Садовничий, говорил, что его любимыми преподавателями в МГУ были как раз два незрячих педагога.

Позиция седьмая – школьная итоговая аттестация. Считаю правильным решение, которое было принято и на законодательном уровне о том, что лица с ограниченными возможностями здоровья получили право выбора – сдавать или не сдавать ЕГЭ, но это как раз тот случай, когда возможности сдавать ЕГЭ для желающих должны быть расширены. К сожалению, до сих пор не принят документ, который бы регламентировал возможности сдачи ЕГЭ для людей с ограниченными возможностями здоровья, в т.ч. для инвалидов по зрению и для инвалидов, у которых проблемы с руками. Хотелось бы, чтобы в этом году вовремя этот документ был принят и такие возможности были расширены.

Позиция восьмая – проблема льгот. Она активно обсуждалась в средствах массовой информации в этом году. Не имею точной статистики, но, насколько я понимаю, количество инвалидов, которые поступали в высшие учебные заведения от общего числа абитуриентов, составляло не более 1,5%. Поэтому в принципе оно не должно было создать больших проблем. По-видимому, дети-инвалиды, как и другие, ринулись в престижные вузы, и там проблемы возникли. В своё время мои сверстники поступали в институты без всяких льгот, но тогда была эгалитарная (т.е. обеспечивающая равные возможности) система образования. Сейчас, по экспертным оценкам, в стране высокий уровень неравенства возможностей в области образования. И дело здесь не в образовательном законодательстве или в образовательной политике, а в общем уровне неравенства, по которому Россия превысила США, Европу, Японию и даже многие страны Латинской Америки. Поэтому мне кажется, отменять льготы сейчас было бы категорически неправильно. Но можно было бы пойти по линии, которую предлагает Российский Союз ректоров – в отдельные вузы, на отдельные специальности установить квоты для абитуриентов с инвалидностью.

Заслуживает внимания также вопрос о подготовительных отделениях, но его надо увязывать с дополнительным финансированием дополнительного года обучения, как это сделано, например, в университете им. Баумана.

Позиция девятая – поддержка студентов с инвалидностью в период обучения. В своё время таким студентам много помогали сокурсники. Сейчас, если посмотреть Европейское социальное исследование, становится ясно, что в России распространился т.н. конкурентный индивидуализм, т.е. уровень взаимопомощи резко упал. Поэтому, с моей точки зрения, нужно усилить поддержку таких студентов. Полуторная стипендия, предусмотренная законодательством, должна относиться не к академическим, но к социальным. Хорошо было бы принять решение или специальную программу «Ноутбук для инвалида» по аналогии с Францией, где принята программа «Ноутбук для каждого студента».

Особая проблема – иногородние студенты с инвалидностью, например, в Москве, где они не всегда пользуются тем же уровнем поддержки, каким пользуются студенты-москвичи, поскольку 122-й закон о «монетизации» разделил всех льготников на федеральных и региональных, в т.ч. по уровню социальной поддержки.

Позиция десятая. Убеждён: что бы ни показывала Литва, стране нужен федеральный закон о специальном образовании (либо отдельный законодательный акт, либо поправки в действующий Закон «Об образовании», либо глава в будущий интегрированный закон) и как можно быстрее. Поэтому предложил бы возобновить деятельность рабочей группы по разработке такого законодательного акта. В своё время мы работали совместно с Министерством образования и науки. Насколько мне известно, со стороны Министерства не было особо жёстких претензий по поводу этого законодательного акта. Абсолютно убеждён, что люди с инвалидностью заслуживают того, чтобы вопросы их образования были специально урегулированы законодательным актом.

В заключение поблагодарю участников коллегии за внимание. Спасибо.