Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета РФ;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяНа злобу дня — без злобыПубликации в газете «вести образования»«похоронный абонемент»

«Похоронный абонемент»

Май

— Товарищ, чего вы так бесцеремонно прорываетесь на Красную площадь? Здесь государственные похороны. У вас что, пропуск?

— Нет, у меня абонемент…

Именно этот популярный анекдот начала 80-х годов, когда членов Политбюро хоронили одного за другим, вспомнился мне 12 мая в день рассмотрения и, скажем сразу, отклонения Госдумой IV созыва очередного проекта федерального закона, направленного на поддержку образования. На сей раз, это был законопроект «Об издании учебной литературы и обеспечении ее доступности», предложенный группой членов Совета Федерации и депутатов Госдумы, включая автора этих строк. Анекдот же вспомнился потому, что IV Дума и ее профильный комитет с самого начала выступили в законодательстве как «похоронная команда» не предлагающая собственных прообразовательных законов, но успешно «закапывающая» чужие. За прошедшие полтора года среди «закопанных» оказались федеральные законы «О дополнительном образовании», «Об образовании лиц с ограниченными возможностями здоровья (специальном образовании)» и еще добрый десяток более мелких законопроектов, предложенных думскими депутатами предыдущих созывов или региональными законодателями. Теперь в этом «синодике убиенных» оказался и новый закон об учебниках. Хотя мог бы помочь — родителям, детям, педагогам…

В последние годы ситуация с учебной литературой для школ улучшилась, но все еще выглядит тревожно:

  • обеспеченность учебниками составляет не более 80%, т.е. каждый пятый ребенок их не имеет, а в некоторых регионах — каждый второй;
  • каждый второй учебник служит дольше нормативного срока, установленного в 4 года (Не уверен, что в детских руках такая «продолжительность жизни» реальна);
  • каждый 4-й учебник морально устарел.

Напомню: в разные годы советской эпохи школьные учебники либо закупались родителями за копейки (основную часть издательских расходов оплачивало государство), либо выдавались бесплатно через школьные библиотеки. В самой рыночной из стран запада — США — большинство детей учатся в бесплатной государственной или муниципальной школе с бесплатными учебниками. Насильственно собирать деньги с родителей там никому в голову не приходит, хотя их зарплата — не наша: вполне бы это позволила.

Современная государственная политика России в области учебного книгоиздания представляет собой уравнение, как минимум, с семью величинами, причем половина из них — неизвестные, а вторая половина — отрицательные.

1. Бюджет. Как известно, федеральная власть ответственность за учебное книгоиздание сняла с себя полностью. Это более чем странно, как минимум, по трем причинам.

Во-первых, федеральное министерство по-прежнему намерено примерно на три четверти задавать школе федеральный компонент образовательного стандарта и определять список допущенных или рекомендованных школьных учебников. Однако как можно «заказывать музыку», если не собираешься платить?

Во-вторых, именно федеральный бюджет остается самым богатым уровнем бюджетной системы России. Для того чтобы решить проблему доступности учебного книгоиздания, как это было предусмотрено нашим законопроектом, потребовалось бы около 8 млрд. руб., т.е. чуть более 1% от дополнительных доходов федерального бюджета 2004 года (685 млрд. руб.). Кстати, согласно законопроекту, за счет средств федерального бюджета должны были финансироваться:

  • приобретение по заявкам субъектов РФ для 70% обучающихся в государственных и муниципальных общеобразовательных учреждениях учебников и учебных пособий их числа изданий, включенных в федеральный комплект, их доставка до территории соответствующего субъекта РФ;
  • приобретение учебников и учебных пособий для всех обучающихся в государственных и муниципальных специальных (коррекционных) образовательных учреждениях и государственных и муниципальных образовательных учреждениях, использующих учебные издания на языках коренных малочисленных народов Севера, а также их доставка до образовательного учреждения;
  • приобретение учебников и учебных пособий для обучающихся в подведомственных образовательных учреждениях, если их обучение осуществляется за счет средств федерального бюджета, и доставка учебных изданий до образовательного учреждения;
  • приобретение учебников и учебных пособий из числа изданий, включенных в федеральный комплект, для всех педагогических работников государственных и муниципальных общеобразовательных учреждений, осуществляющих обучение за счет средств учредителей этих образовательных учреждений.

Естественно, такого «наглого» покушения на казну в пользу детей, студентов и педагогов авторам законопроекта не могли простить ни правительство, ни «верные Русланы из Госдумы». Пусть дети остаются малограмотными, зато нефтедоллары в американских ценных бумагах «будут целее».

В-третьих, передача в регионы вопросов обеспечения школьников учебными изданиями приводит к крайней неравномерности финансовых затрат на эти цели. Так, по данным, собранным Издательством «Просвещение», за первый квартал 2005 года на эти цели выделили:

  • Самарская область — 46,8 млн. руб.;
  • Татарстан — 40 млн. руб.;
  • Московская область — 30 млн. руб.;
  • Ханты-Мансийский автономный округ — 30 млн. руб.;

но:

  • Костромская область — 2 млн. руб.;
  • Рязанская область — 1 млн. руб.;
  • Белгородская область — 0;
  • Ярославская область — средств выделять даже не планирует.

Можно ли в подобных условиях обеспечить равенство прав граждан на школьное образование, пусть решает читатель.

2. Налоги. Во всем «цивилизованном мире» учебное книгоиздание платит налоги по сниженным ставкам, а иногда не платит вовсе. Россия в последние 4 года, как обычно, шла иным путем:

  • отменена льгота по налогу на прибыль для книгоиздателей;
  • уменьшена льгота по налогу на добавленную стоимость (вместо нулевой ставки — 10%);
  • провален закон о льготах по НДС для учебных изданий на магнитных носителях (пусть знают, как осваивать новые информационные технологии);
  • Правительство постоянно угрожает отменить все оставшиеся налоговые льготы.

Естественно, это вызвало значительный рост цен на учебные издания. Однако робкая попытка авторов законопроекта вернуть издателям налоговые льготы вызвала недовольство со стороны чиновников — авторов официального заключения Правительства.

3. Образовательные стандарты. Очевидно, без стабильных стандартов не может быть и стабильных учебников. Однако на данный момент:

  • федеральный закон, призванный установить хотя бы правила и процедуры принятия школьного стандарта, по-прежнему готовится ко второму чтению в Госдуме;
  • федеральный стандарт общего образования, утвержденный Приказом Министра образования РФ от 5 марта 2004 года, подвергается критике, в том числе с точки зрения законности самого приказа;
  • новые предложения Минобрнауки РФ об исключении из образовательных стандартов минимального содержания образования способны привести либо к полному размыванию стандарта, либо, если произойдет переход к регулированию посредством обязательных, а не примерных школьных программ, — к резкому ограничению вариативности школьного образования.

4. «Правила игры». Кстати, о вариативности. «По зову сердца», совпадающему с указаниями «свыше», критикуя законопроект на пленарном заседании Госдумы 12 мая, председатель думского Комитета по образованию и науке Н. Булаев обвинил авторов в намерении узаконить «вольницу для издателей». Пришлось ответить: желающие «слегка придушить» свободу всегда объявляют ее «вольницей». Суть дела предельно проста: Н. Булаев выступает за то, чтобы по каждому предмету в школе был только один учебник, тогда как авторы законопроекта «Об издании учебной литературы»… предлагают, чтобы таких учебников или учебных пособий было не менее трех. Между прочим, даже в советский период запрета на альтернативные учебники и учебные пособия не существовало. Видимо, часть политико-образовательной элиты настолько устала от «демократии», что мечтает «догнать и перегнать», — не ясно только, кого.

На основании многочисленных встреч с издателями и авторами учебников могу твердо утверждать: все они требуют одного – стабильных «правил игры». Именно такие правила и были предложены в рамках отвергнутого законопроекта. Оценку новым правилам, предложенным новым руководством Минобрнауки РФ, призвано дать само образовательное сообщество. Однако вряд ли правильно, если в футболе или хоккее размеры поля, количество игроков и другие правила будут меняться с каждым новым президентом федерации.

5. Содержание учебника. Особенно острые споры периодически возникают в отношении гуманитарных курсов, причем в оценках по-прежнему господствует субъективизм. Так, учебник по новейшей истории Кредера, который несколько региональных законодательных органов специальными решениями рекомендовали не использовать на своей территории, в связи с антипатриотическим, по их мнению, освещением истории Второй мировой и Великой Отечественной войны, в школе по-прежнему в ходу. Однако учебник Долуцкого мгновенно из употребления выведен. По слухам из источников, близких к первоисточнику, раздражение высшей власти вызвал проблемный вопрос, отвечая на который ученики должны были согласиться или не согласиться с утверждением Г. Явлинского о том, что современная Россия развивается в направлении полицейского государства.

В условиях отечественной «демократии с национальной спецификой» правила присвоения и снятия грифа с учебных книгоизданий крайне желательно установить законом с тем, чтобы Россия перестала, наконец, быть страной с непредсказуемым прошлым, изменяющимся с каждым новым высокопоставленным «летописцем».

6. Форма. Не секрет: многие отечественные учебники крайне сложны по форме изложения, что отбивает у детей интерес к учению и создает у них впечатление собственной интеллектуальной неполноценности. Полагаю, что авторам учебных изданий полезно было бы руководствоваться замечанием В. Гете о четырех уровнях овладения материалом:

  1. Просто и плохо;
  2. Плохо и сложно;
  3. Хорошо и сложно;
  4. Хорошо и просто.

Если для монографий или вузовских учебников достаточно третьего уровня, то те, кто пишет для школы, абсолютно необходимо подняться до четвертого. Поможет ли этому установленная Министерством образования и науки двойная экспертиза, когда Российская академия наук оценивает научность содержания, а Российская академия образования — психолого-педагогические и методические аспекты учебного издания, покажет практика.

До 12 мая седьмым неизвестным в уравнении об обеспечении школьников учебной литературой была судьба самого закона. Однако теперь и эта неизвестная величина стала отрицательной. Вот результаты голосований за законопроект:

  • Фракция КПРФ — 97,9%;
  • Фракция «Родина» — 92,5%;
  • Депутаты, не входящие в зарегистрированные депутатские объединения — 23,8%;
  • Фракция «Единая Россия» — 1,6%;
  • Фракция ЛДПР — 0%.

Призывая «похоронить» очередной важный для образования закон, председатель комитета Н. Булаев обещал в скором времени «родить» новый. Как говорится, дай Бог! Однако пока полуторагодичная история IV Госдумы в отношении образовательного законодательства — это история «умертвий», а не рождений нового.

Опубликовано: «Вести образования» — 2005 — 1-31 мая — № 9-10 — С. 2.