Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяГосдума: сцена и кулисыВыступления на парламентских и общественных слушанияхИнклюзивное образование: реализация или дискредитация? (к годовщине ратификации конвенции оон о правах инвалидов)

Инклюзивное образование: реализация или дискредитация? (К годовщине ратификации Конвенции ООН о правах инвалидов)

. Государственная Дума. Малый зал

Смолин О.Н. Добрый день, уважаемые коллеги!

Кто не знает, позвольте представиться. Я – Смолин Олег Николаевич, первый зампред думского Комитета по образованию, куратор Экспертного совета при Комитете по коррекционному инклюзивному образованию, председатель общественного движения "Образование – для всех".

Рядом со мной Николай Николаевич Малафеев, председатель Экспертного совета по коррекционному инклюзивному образованию при Комитете Государственной Думы.

Хочу начать с того, уважаемые коллеги, что сегодня Экспертный совет комитета, общественное движение "Образование – для всех", при поддержке фракции Компартии Российской Федерации, проводит "круглый стол" на тему "Инклюзивное образование лиц с ограниченными возможностями здоровья: реализация или дискредитация?".

Чтобы больше по этому поводу не было вопросов, мы благодарим Компартию Российской Федерации, оказавшую нам большую организационную помощь в проведении сегодняшнего "круглого стола", но, как и все наши мероприятия, мероприятие это не партийно-политическое, а общегуманитарное.

Мы приглашали сюда людей, независимо от их политических взглядов и позиций, фракционной или партийной принадлежности, мы считаем, что это проблема, которая касается очень и очень многих людей, независимо от их политических взглядов.

Теперь два слова по сути дела.

Напомню, уважаемые коллеги, что в апреле 2012 года здесь в Государственной Думе проходили парламентские слушания по проблемам инклюзивного образования. Были выработаны рекомендации, на мой взгляд очень неплохие, затем, как вам известно, Государственной Думой была ратифицирована, и президентом Дмитрием Медведевым подписана Конвенция ООН о правах инвалидов, сегодня мы можем отмечать годовщину того и другого.

Конвенция закрепляет курс на развитие инклюзивного образования в Российской Федерации как одной из стран, ратифицировавших эту самую Конвенцию.

Рекомендации парламентских слушаний содержат ключевую идею о развитии инклюзивного образования, подчеркиваю, без разрушения созданной и эффективно работающей системы коррекционного образования, но дальше происходит следующее.

Хотя в законе, в принципе, с моей точки зрения, содержатся правильные по преимуществу положения, касающиеся этой сферы деятельности, включая право родителей на выбор образовательного учреждения для своего ребенка, включая положения, которые с большим трудом удалось сохранить, о льготах, хотя и в пределах 10-процентной квоты, для абитуриентов с инвалидностью первой и второй группы, и абитуриентов инвалидов с детства, включая некоторые другие положения, в том числе обязательную социальную стипендию для студентов с инвалидностью первой и второй группы и инвалидов с детства и так далее, но из разных концов нашей великой и могучей Родины поступают разные письма с проблемами по этому поводу.

Одна из ключевых проблем, с нашей точки зрения, заключается в следующем.

Парадоксально, но факт, на нарушение прав человек жалуются по двум, казалось бы, противоположным линиям. С одной стороны, по-прежнему, есть некоторое количество обращений от родителей, которые хотели бы обучать своих детей вместе со здоровыми ребятами в обычной школе, но им в этом отказывают; с другой стороны, всё больше и больше становится обращений по поводу того, что родители хотели бы обучать своего ребенка в коррекционной школе, но эту школу принудительно расформировывают, ребят помещают в обычную школу, забыв создать при этом специальные образовательные условия.

Есть немало обращений по поводу того, как объединяют коррекционные школы с обычными учебными заведениями таким образом, что это напоминает известную формулу о гибриде ужа и ежа.

Наша сегодняшняя задача не просто выслушать наших коллег из регионов, города Москвы, столицы нашей родины, но как мне кажется, наша ключевая задача заключается в том, чтобы выработать такие рекомендации, которые бы позволили Российской Федерации действительно разумно, рационально реализовать идею инклюзивного образования, исходя из сохранения и развития обеих систем, и коррекционного, и инклюзивного образования.

Я уже не раз говорил, что в свое время я прошел и то, и другое: коррекционную специальную школу, которой я пожизненно благодарен за качественное образование, и обычный институт. Правда не факт, что его можно было назвать институтом инклюзивного образования, хотя нас там довольно много училось, ребят с инвалидностью по зрению, но, по крайней мере, нам помогали закончить вуз как могли.

Мы хорошо понимаем плюсы и минусы обеих систем, и повторяю, исходим из того, что нам нужно сохранить и то, и другое.

Коллеги, я вынужден сказать еще одну неприятную вещь. Она и приятная, и неприятная. У нас под 40 человек уже записавшихся, и просьбы о выступлениях продолжают поступать. Мы будем стараться дать всем слово при одном жёстком условии: 5-минутный регламент. Старайтесь его не превышать.

Но прежде чем передать слово председателю Экспертного совета при Комитете Государственной Думы по образованию Николаю Николаевичу Малофееву, академику, директору института коррекционной педагогики, человеку, которого, я думаю, в нашей сфере представлять никому не надо, мы все его прекрасно знаем, я хочу напомнить, что у Николая Николаевича сравнительно недавно был юбилей. И с вашего позволения от имени наших слушаний я сердечно поздравляю Николая Николаевича с замечательным юбилеем.

(Аплодисменты.)

Хочу пожелать здоровья, добра, удачи и всей полноты жизни.

Текст стенограммы полностью (файл PDF, 609 Кб).