Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета РФ;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяГосдума: сцена и кулисыОлег смолин. в интересах омичей - в интересах россииI.2. подавляющее всех большинство: «партия, которую имеет власть»

I.2. Подавляющее всех большинство: «партия, которую имеет власть»

Что ни говори, жизнь большинства людей в современной России определяет не столько экономика, сколько политика.

В политике же российская правящая элита придерживается принципа так называемой управляемой демократии. Наряду с выстраиванием всякого рода «вертикалей», подчинением судебной системы, затыканием рта электронным СМИ и относительно независимым журналистам, этот принцип предполагает, в частности, формирование парламента, полностью подчинённого президенту и правительству.

При желании все главы отечественной Конституции, посвящённые организации федеральной власти, можно было бы изложить в двух статьях:

Статья 1. Президент всегда прав.

Статья 2. Если президент не прав, см. статью 1.

Для того, чтобы какая-либо из политических сил получила возможность реально управлять страной, она должна иметь либо своего президента, либо 2/3 депутатов Госдумы и 2/3 членов Совета Федерации. Только в этом случае она в состоянии принимать такие законы, какие считает нужным. Поэтому обвинения в неэффективной политике в адрес левых, якобы преобладавших во Второй Думе, несерьёзны, ибо в ней КПРФ вместе с союзниками никогда не имели даже половины депутатов, а в Совете Федерации их было менее четверти.

Расклад сил в Госдуме четвёртого созыва в начале работы выглядел следующим образом:

  • «Единая Россия» – 305,
  • КПРФ – 51,
  • «Родина» – 39,
  • ЛДПР – 36,
  • независимые депутаты, не вошедшие во фракции – 15.

В 2005 г. произошёл раскол фракции «Родина» на две: «Родина» во главе с Д. Рогозиным (32 депутата) и «Народно-патриотический союз «Родина» («Народная воля – СЕПР») во главе с С. Бабуриным (11 депутатов). Позднее во время отсутствия С. Бабурина в парламенте в возглавляемую им фракцию была принята группа независимых депутатов и произошла политическая рокировка – лидером фракции стал Г. Семигин, а большинство народовольцев во главе со своим лидером фракцию покинуло и занялось новым партийным строительством. Вероятно, на выборы 2007 г. под флагом «Народной воли» уже не пойдёт никто.

Между прочим, самое главное, что читатель может узнать из отчёта – это результаты голосований по фракциям за те или иные законопроекты. Именно и только по ним можно и нужно судить о позициях партий. Всё остальное – информационный шум или PR-акции. В отчёте результаты голосований приводятся в той мере, в какой это может помочь читателю составить картину реального политического поведения, в т.ч. на будущее. Поэтому не включены голосования независимых депутатов, партийно-политическая принадлежность которых весьма различна: от правой (В. Рыжков) до левой (С. Горячева). По этой же причине не представлены результаты голосований фракции «Народная воля» – СЕПР, о чём речь шла выше.

Строго говоря, в результате выборов «единороссы» получили 222 места, остальные же депутаты, избранные по одномандатным округам, были привлечены во фракцию нажимом, должностями, финансовыми стимулами или всем вместе. Стремясь предотвратить попытки «медведей» изменить действующую Конституцию, депутат Вл. Рыжков подал в Конституционный Суд обращение, утверждая, что народ не предоставлял «Единой России» мандата на такие действия. Для них, напомню, требуется не 222, но 300 голосов в Думе.

Как ни парадоксально, впервые в истории российских парламентов именно «Единая Россия», имея нужное количество голосов для изменения Конституции, для принятия конституционных законов, для преодоления вето Совета Федерации и вето президента и т.п., получила реальную возможность существенно улучшить жизнь людей, но использовала её в прямо противоположных целях. В любой другой стране на следующих выборах с неё спросили бы за всё: от нищенских пенсий и детских пособий до терроризма. Как будет в России – увидим.

Другой парадокс российской политики состоит в следующем: на Западе победившая партия формирует парламентское большинство и подконтрольное ему правительство; в России, напротив, правительство формирует правящую партию и на её основе парламентское большинство. Оно же контролирует до мелочей парламентскую деятельность «правящей» партии. Вспоминаю кулуарное возмущение одного из председателей думских социальных комитетов, которому запретили задавать премьеру вопрос о том, будет ли повышаться зарплата медицинских работников и в какие сроки!

Однажды на пленарном заседании Думы, наблюдая, как в очередной раз по команде правительства «Единая Россия» отклоняла очередной социальный закон, предложенный очередным российским регионом, не сдержался и напомнил коллегам известный афоризм: на Западе партия власти – это партия, которая имеет власть; в России же – партия, которую имеет власть. И прибавил: так будут говорить до тех пор, пока думское большинство будет голосовать по команде.

Ко многим членам партии «Единая Россия» и в Думе, и особенно в регионе отношусь с уважением и человеческой симпатией. Однако не они определяют линию партии, но партия использует их в своих целях. Её политическая роль предельно ясна: это «приводной ремень» власти, с помощью которого она делает бедных ещё беднее, а богатых ещё богаче, с помощью которого чиновник всё более превращается в барина, а рядовой гражданин в холопа власти.

Однажды радио «Эхо Москвы» провело опрос слушателей об их отношении к «медведям». При этом 97% опрошенных заявили, что «Единая Россия» выражает интересы правящей бюрократии, а 3% – интересы народа. Думаю, этот тот случай, когда глас народа – глас божий.

Ещё одним свидетельством стремления Кремля создать режим «управляемой демократии» стало появление партии «Справедливая Россия».

Не секрет: об искусственной двухпартийной системе многие высокопоставленные чиновники президентской администрации мечтали давно. Тем не менее, по слухам, реализация проекта началась без согласования с главным политтехнологом страны В. Сурковым. Успех партий тройственной коалиции, набравших на региональных парламентских выборах 8 октября 2006 г. в совокупности 22% голосов, подтолкнул проект, и в октябре 2006 г. состоялся объединительный съезд «Партии жизни», «Партии пенсионеров» и партии «Родина».

Отныне на любую критику со стороны лидеров Евросоюза или США по поводу однопартийной системы, полного контроля власти над парламентом и т.п. президент России сможет уверенно отвечать, что страна воспроизвела передовой опыт Запада и никаких претензий к ней быть не может.

При этом и отечественные, и зарубежные лидеры будут прекрасно понимать, что российская «демократия с национальной спецификой» строится по известной формуле: всё как у кошки, но не кошка. Конечно, и в Великобритании существует правящая партия Его (или Её) Величества и оппозиция Его Величества (но не Величеству). Однако российская оппозиция отличается от зарубежных аналогов примерно так же, как «управляемая» демократия от «неуправляемой».

Во-первых, отечественная оппозиция создаётся… властью! Эксперты справедливо обращают внимание на то, что ещё летом 2006 г. «Партия жизни» в республике Тыва (впрочем, как и во всей России) имела рейтинг менее 1%. Однако на выборах 8 октября получила около 34%, а на мартовских выборах 2007 г. в Ставропольском крае даже победила! Насколько можно судить, мир не знал подобного взлёта популярности в столь короткий срок. Разве что стремительный рост влияния социалистических партий после февраля 1917 г. Но тогда это было следствием закономерностей революции, а в современной России всё объясняется много проще – административным ресурсом.

Очевидно: «Родина» под руководством Д. Рогозина и С. Глазьева и «Партия пенсионеров» во главе с В. Гартунгом представляли собой, говоря языком политической науки, контролируемую оппозицию; напротив, «Партия жизни» оппозицией не была никогда, но превратилась в неё лишь с разрешения или по команде; соответственно, и «Справедливая Россия» - не более чем оппозиция «партии власти» …– самой себе!

Во-вторых, лидер новой «левой оппозиции» С. Миронов, справедливо критикуя правительство и «Единую Россию», публично и многократно заявлял о полной поддержке… линии президента! Между тем, никакой иной линии, кроме линии президента, ни целиком назначенное им правительство, ни целиком сформированная его администрацией и полностью подконтрольная ей «партия власти» никогда не проводили, проводить не хотели и не могли. Собственно говоря, вся «идеология» «Единой России» сводится к формуле: «Вместе с президентом».

В-третьих, крайне своеобразна социально-политическая база новой партии: до её появления председатель Совета Федерации всегда представлял «Партию жизни» вне системы политических координат «левые – правые», утверждая, что её линия – «прямо вверх». После одобрения нового проекта высшей властью коалиционная «Справедливая Россия» объявила о принадлежности к левому флангу политического спектра, на что указывает и её название. Как известно, в индустриально развитых странах левые партии обычно поддерживаются, с одной стороны, профсоюзами, а с другой – интеллигенцией и молодёжью. Однако в России за «оппозицией» стоят так называемые силовики в президентском окружении, тогда как профсоюзы давно и прочно связали себя с правоконсервативной «Единой Россией». Как видим, чего-чего, а «национальной специфики» более чем достаточно.

И тем не менее, перефразируя классика, переход в стране от искусственной однопартийной к искусственной двухпартийной системе в целом следует оценить как шаг вперёд – два шага вбок.

Вперёд – по двум причинам. С одной стороны, попытка «партии власти» опереться на две ноги сразу означает некоторое, пусть и весьма условное, расширение поля политической свободы. Псевдовыбор всё же лучше, чем его полное отсутствие. К тому же в «щель» между двумя половинками властной «двери» могут проникать проблески неофициальной информации и не полностью зарегулированной инициативы. С другой стороны, конкуренция за голоса избирателей при наличии колоссальных дополнительных доходов бюджета может заставить одну из партий «поступиться принципами» экономии в пользу богатых и кое-что дать бедным, как говорят, с барского плеча.

Подведём итоги. Президент и его администрация, определяющие ближайшие перспективы политического развития, пришли к выводу о неэффективности искусственной однопартийной системы. Согласно неофициальной информации, одной из причин тому стали амбиции «Единой России» превратиться не просто в «партию власти», но в государственную структуру на манер КПСС. Вместе с тем, правящая политическая группа не решилась сформировать и полноценную двухпартийную систему (даже искусственную), а часть президентской администрации встревожилась чрезмерно быстрой «раскруткой» «Справедливой России».

В такой ситуации в принципе возможны три варианта развития событий:

  1. Слияние двух «партий власти». В своё время так объединили «Единство» и «Отечество», по слухам, пригрозив Ю. Лужкову собранным на него компроматом. По мнению некоторых политологов, лидером объединённой суперпартии после окончания президентских полномочий мог бы стать В. Путин.
  2. Превращение эСэРов в реальную оппозицию, как в своё время это случилось с «Родиной». К этому может привести логика политической борьбы и конфликты лидеров, которые мы уже наблюдали. Напомню: Б. Грызлов активно выступал против избрания С. Миронова представителем питерского Законодательного Собрания в Совете Федерации, но быстро умолк. Видимо, «сверху» объяснили: Борис, ты не прав.
  3. Продолжение «управляемого конфликта». Обе партии изображают борьбу, но управляются из одного центра и по ключевым вопросам голосуют одинаково. Такая модель одно время использовалась в некоторых странах Латинской Америки, но стала давать сбои. Именно этот вариант в среднесрочной перспективе представляется наиболее вероятным.

Скорее всего, дело ограничится созданием якобы оппозиционной партии, которой в ближайшие годы отведена роль и запасной «партии власти», и одновременно «оппозиции», однако лишь второго сорта (или «второй свежести»). Насколько устойчивой окажется подобная конструкция и в каком направлении она будет эволюционировать, покажет только время.