Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяГосдума: сцена и кулисыОлег смолин. в интересах омичей - в интересах россииIi.7. инвалиды телесные и «инвалиды духовные»: для организаций – отдушина, но людям кислород перекрыт

II.7. Инвалиды телесные и «инвалиды духовные»: для организаций – отдушина, но людям кислород перекрыт

Социальная защита инвалидов – область работы для меня традиционная. Условно ее можно разделить на два направления:

  1. поддержка общественных организаций;
  2. защита интересов людей с ограниченными возможностями здоровья.

Парадокс государственной политики последних лет, который стал, отчасти, результатом трех встреч президента с руководителями общероссийских общественных организаций инвалидов, состоит в следующем: после налоговой «удавки» 2001-2003 гг. организациям власть позволила сделать легкий «вдох», тогда как самим инвалидам ограничила доступ «кислорода» по целому ряду направлений реабилитации. Впрочем, обо всем по порядку.

II.7.1. Общественные организации инвалидов: позволено выжить

Поддержка общественных организаций инвалидов – одно из тех направлений моей работы, где можно назвать вполне конкретные результаты. Вот лишь некоторые из них.

1. Налоги. Как известно, на рубеже XXI века в правительстве и среди депутатов «партии власти» в III Думе возобладало представление о том, что все должны платить одинаковые налоги. Вряд ли нужно повторять, что это абсурд с точки зрения не только социальной справедливости, но и практики развитых стран, где некоммерческий сектор по закону пользуется налоговыми льготами. Но факт остается фактом: вследствие правительственных поправок в Налоговый кодекс, в стране были потеряны многие десятки тысяч рабочих мест для инвалидов. Только на предприятиях Всероссийского Общества Инвалидов потери составили 30 тысяч. Во Всероссийском Обществе Слепых осталось примерно 17 тысяч работающих, тогда как в советский период было около 52 тысяч. Потери рабочих мест в других организациях, в том числе региональных, подсчету не поддаются.

С конца 2003 г. ситуация стала меняться к лучшему, и нам удалось, в частности:

  • сохранить льготу по налогу на имущество для общероссийских общественных организаций инвалидов, созданных ими учреждений, а также предприятий, использующих труд инвалидов, со стопроцентным уставным капиталом этих организаций;
  • ввести льготы по Земельному налогу для перечисленных выше организаций, предприятий и учреждений;
  • сохранить в редакции 2001 года и даже немного расширить за счет создания необлагаемого налогом резервного фонда льготу по налогу на прибыль. В 2004 г. правительство в очередной раз фактически пыталось ее ликвидировать, смешивая показатели доли инвалидов в общественной организации и процента инвалидов на предприятиях, использующих их труд;
  • освободить инвалидов от подоходного налога с сумм, которые общественные организации инвалидов выплачивают на их лечение и медицинское обслуживание;
  • увеличить в два раза – с 600 до 1 200 руб. – налоговый вычет (необлагаемая часть дохода) для каждого родителя (опекуна, попечителя) ребенка-инвалида, а также обучающегося по очной форме обучения, являющегося инвалидом I и II группы.

За эти решения, позволившие сохранить оставшуюся часть рабочих мест для инвалидов, они должны быть благодарны не только своим руководителям, поднимавшим этот вопрос перед президентом, не только депутатам от политической оппозиции, но и ряду депутатов от «партии власти». Особо стоит отметить позицию по этому вопросу председателя подкомитета по налоговому законодательству Комитета Госдумы по бюджету и налогам Н. Бурыкиной, которая имела мужество отстаивать интересы людей с ограниченными возможностями здоровья в спорах с представителями правительства.

Разумеется, всего этого явно не достаточно, а налоговое бремя для предприятий, использующих труд инвалидов, остаётся недопустимо тяжким. Так, например, Волховское предприятие ВОС за последние 5 лет увеличило выплату налогов в 10 раз!

И всё же, когда специалисты Центрального правления ВОС посчитали «цену» налоговых льгот за этот период, она составила около 2 млрд. руб.! Иначе говоря, без этой нашей работы общероссийская организация инвалидов, имеющая самую развитую производственную базу, просто не смогла бы существовать.

2. Бюджетные компенсации утраченных налоговых льгот. Во всём «цивилизованном» мире создание рабочих мест для инвалидов поддерживается либо налоговыми льготами, либо квотированием рабочих мест (т.е. обязательным выделением для инвалидов определенной их доли на каждом предприятии), либо бюджетными деньгами. В 2001-2006 гг. российское правительство не делало ни того, ни другого, ни третьего. Все наши попытки получить для общественных организаций инвалидов бюджетные компенсации за утраченные налоговые льготы неизбежно проваливались «партией власти». Так, 20 октября 2004 г. за мою поправку № 138, предусматривающую выделение 600 млн. рублей в качестве компенсации общественным организациям инвалидов за утраченные налоговые льготы проголосовали:

  • КПРФ – 96%;
  • Родина – 78%;
  • независимые депутаты – 42%;
  • ЛДПР -14%;
  • «Единая Россия» - 0,3% (1 депутат).

Лишь в бюджете 2006 г. правительство предусмотрело, наконец, средства общественным организациям на создание и сохранение рабочих мест для инвалидов. Однако объем этих денег в три раза меньше необходимого: 500 млн. вместо 1,5 млрд. руб. В 2007 г. ситуация оказалась аналогичной: на компенсации правительство выделило 800 млн. руб. вместо необходимых 2,5 млрд. 11 октября 2006 г. за мою поправку № 88 к бюджету 2007 г., которая предусматривала выделение дополнительно 1,5 млрд. руб. на рабочие места для инвалидов и финансирование реабилитационных центров, проголосовали:

  • КПРФ – 98%;
  • Родина (Народная воля) – 52%;
  • Единая Россия - 0;
  • ЛДПР – 0.

Выделенных денег, конечно, не хватит. Против увеличения расходов Минфин «упирается» категорически. Однако есть шанс получить хотя бы часть недостающих средств из дополнительных доходов бюджета 2007 г.

3. Поддержка реабилитационных учреждений. В советское время общественные организации инвалидов не просто содержали себя и собственные учреждения, но и ежегодно перечисляли деньги в бюджет России. Теперь, когда их материальная база подорвана, государство должно взять на себя заботу о реабилитации инвалидов. Поэтому при принятии бюджета на каждый следующий год с подачи Всероссийских общественных организаций стремлюсь увеличить финансирование таких учреждений.

Так, в бюджете 2005 г. удалось дополнительно предусмотреть:

  • 22 млн. руб. для Центра реабилитации инвалидов войны в Афганистане им. Лиходея;
  • 5 млн. руб. для Центра реабилитации инвалидов по зрению в Волоколамске (с филиалом в Бийске);
  • 5 млн. руб. для республиканской школы восстановления трудоспособности слепых и подготовки собак-проводников.

В бюджете 2006 г. дополнительно на те же цели выделено, соответственно, 50, 13 и 5,3 млн. руб.

Драматическая ситуация сложилась в этом отношении при обсуждении проекта бюджета на 2007 г. В проекте бюджета, предложенном правительством, финансирование центров предполагалось на уровне даже не 2006, но 2005 г. Однако в процессе работы с думским социальным Комитетом ситуацию удалось исправить, и в 2007 г. расходы на реабилитационные центры окажутся выше, чем в 2006 г. примерно на 8 млн. руб. Как обычно, оправдалась формула: счастье – это когда у тебя болел зуб, а потом перестал.

По федеральной целевой программе «Социальная поддержка инвалидов» удалось получить на оборудование специализированных санаториев Всероссийского общества слепых:

  • в 2004 г. – 20,8 млн. руб.;
  • в 2005 г. – 12,7 млн. руб.

Эти результаты было бы невозможно получить без поддержки председателя думского Комитета по труду и социальной политике А. Исаева.

Одним из немногих положительных результатов закона о «монетизации» оказался временный рост числа инвалидов, получивших путёвки в санатории, в т.ч. в специализированные санатории Всероссийского общества слепых. В 2005 г. по сравнению с 2004 г. число путёвок увеличилось примерно вдвое, однако затем стало быстро сокращаться: недовольные новой системой люди отказываются от «соцпакета», а, следовательно, уменьшается финансирование реабилитационных программ.

4. Земля.

После одной из встреч с руководителями общероссийских общественных организаций инвалидов президент РФ поручил правительству решить вопрос о целесообразности передачи в собственность этим организациям земельных участков, находящимся под зданиями и сооружениями, занимаемыми этими организациями, их предприятиями и учреждениями. Правительство выполнило поручение и внесло соответствующий законопроект в Думу. Казалось бы, «дело в шляпе»: Госдума всегда на «ура» принимает любые законодательные инициативы исполнительной власти. Однако в данном случае вышло иначе.

Профильный Комитет по собственности во главе с В. Плескачевским занял по отношению к законопроекту резко отрицательную позицию. Более года он не рассматривался, а затем была предложена редакция, против которой высказались администрация президента и представители правительства. Чтобы «пробить стену», мне пришлось не менее 20 раз выступать на Совете Госдумы, её пленарных заседаниях, профильных комитетах Госдумы и Совета Федерации и даже на пленарном заседании Верхней палаты, где её председатель С. Миронов предоставил мне слово. В итоге закон принят и подписан президентом в той же редакции, в какой его внесло правительство.

Если бы этого не произошло, в 2006 г. общественным организациям инвалидов пришлось бы либо платить высокую аренду за используемые земельные участки, либо выкупать их за бешеные деньги, которых у них просто нет. Теперь они от этого избавлены. Более того, возникает возможность реализации на собственной земле разного рода совместных инвестиционных проектов, приносящих доходы. Так, за счёт одного из таких проектов на московском предприятии № 8 Всероссийское общество слепых, не теряя земли, сможет получить дополнительно около 3,5 млн. долларов или примерно 100 млн. руб.

Однако в критике закона со стороны его противников содержалась и доля правды: передавая земельные участки обществам инвалидов без всяких дополнительных условий, он создаёт соблазн их продажи в чужие руки, а, следовательно – ликвидации инвалидных предприятий и сокращения числа рабочих мест. Уверен: этого допустить нельзя.

5. Госзаказ.

Более трёх лет потребовалось правительству для того, чтобы выполнить другое поручение президента РФ, данное по итогам его встречи с руководителями общественных организаций инвалидов в 2001 г., и внести в Госдуму Федеральный закон «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», создающий определённые преимущества (преференции) общественным организациям инвалидов и предприятиям, использующим их труд.

Грустно и смешно, но само же правительство при подготовке закона ко второму чтению пыталось эти преимущества уменьшить! Однако с помощью думского Комитета по промышленности, строительству и наукоемким технологиям и его председателя М. Шаккума нам удалось в основном сохранить редакцию первого чтения.

Отныне закон даёт право (но не обязывает) органам государственной власти и местного самоуправления предоставлять учреждениям уголовно-исполнительной системы и организациям инвалидов преимущества при участии в размещении заказов, в том числе в отношении предлагаемой цены контракта в размере до 15%. Поскольку право – не обязанность, невозможно определить, насколько закон окажется действенным. Однако робкий шаг вперёд сделан, и у общественных организаций появился дополнительный шанс развивать производство и сохранять рабочие места.

6. Средства реабилитации.

В 2004–2005 гг. крайне сложная ситуация возникла с федеральным перечнем реабилитационных средств и услуг, предоставляемых инвалидам бесплатно. Этот перечень оказался урезанным до нелепости. Так, для инвалидов по зрению в нём были предусмотрены трость, брайлевская книга, брайлевский прибор для письма и собака-проводник. Три из четырёх перечисленных средств реабилитации те же, какими использовались в позапрошлом веке. В результате моих многочисленных запросов премьер-министру, министру здравоохранения и социального развития, а также походов к правительственным чиновникам Распоряжением правительства от 31 декабря 2005 г. перечень был расширен. В него включены, в частности, устройства для воспроизведения говорящей книги, «озвученные» термометры, тонометры и средства коррекции слабовидения, без которых современная жизнь инвалидов по зрению невозможна. Не менее важные дополнения сделаны в отношении инвалидов других категорий, в особенности с нарушениями слуха.

Увы, в 2006 г. воспользоваться результатами этой работы большинству инвалидов не удалось: все конкурсы на выпуск средств реабилитации прошли в конце 2005 г., и на новые средства в бюджете просто не оказалось денег. Однако в 2007 г. ситуация должна измениться к лучшему. Например, только на реабилитационные средства для инвалидов по зрению, как нам сообщили в Фонде социального страхования, выделено 150 млн. руб.

Хотел завершить на оптимистической ноте, однако мучения инвалидов на этом не закончились. 9 января 2007 г. М. Зурабов подписал Приказ № 3, согласно которому получить любое средство реабилитации, включая санаторно-курортную путевку, инвалид может только на основе предъявления индивидуальной программы реабилитации (ИПР). Приказ вызвал массовое недовольство инвалидов, причём по двум причинам сразу.

Во-первых, он резко усложнил процесс получения путёвок и средств реабилитации, сделал его гораздо более бюрократическим. Теперь, чтобы получить магнитофон или собаку-проводника, инвалид по зрению должен сдать все анализы и пройти всех врачей-специалистов! То же самое приходится каждый раз делать инвалиду-опорнику, чтобы получить протез, как будто потерянная рука или нога за это время могла отрасти! Что это: театр бюрократического абсурда или чеховская палата № 6?

Во-вторых, многие инвалиды не решаются получать ИПР, поскольку боятся, что при этом их принудят проходить переосвидетельствование и понизят степень утраты трудоспособности, а значит, и пенсию. Получишь аппарат за 3-4 тыс. на несколько лет, а потеряешь – тысяч 15 в год или больше. Подробнее об этом речь пойдёт в следующей части раздела.

Системой недовольны все: инвалиды, которым приходится бессмысленно мотаться по учреждениям; врачи, которые вынуждены бессмысленно пропускать через себя льготников, вместо того, чтобы лечить больных; медико-социальные службы, которые также выполняют дополнительную бессмысленную работу. Однако на мой вопрос по поводу Приказа № 3 от 9 января 2007 г. М. Зурабов отвечал с трибуны Государственной Думы: Приказ логичный и правильный.

Всегда считал М. Зурабова человеком умным, и не могу поверить, что он не ведает, что творит. Поэтому смысл Приказа может заключаться только в одном: заставить инвалидов отказаться от положенных им средств реабилитации и санаторных путёвок и таким образом сэкономить бюджетные деньги. Однако последствия будут обратными: если уже сейчас более половины льготников отказались от так называемого соцпакета, то, намучившись от бюрократических игр, откажется и большинство остальных. И тогда вся конструкция «монетизации» рухнет окончательно.

Вопрос о безобразиях Приказа № 3 трижды поднимался мною на пленарном заседании Государственной Думы, в том числе один раз в присутствии М. Зурабова. Однажды я даже заявил, что в правительство, похоже, пробрались представители оппозиции намного более радикальной, чем представлена в Думе: они искусственно вызывают социальное напряжение и провоцируют людей выходить на улицы. В ответ М. Зурабов, как уже упоминалось, защищал Приказ № 3, но при этом обещал дать разъяснения насчёт того, что люди, до 2004 г. включительно получившие инвалидность бессрочно, переосвидетельствованию подвергаться не должны. То же самое мне подтвердили руководители медико-социальной экспертизы в Омской области. Вообще-то так написано и в законе. Но для многих власть предержащих закон – что дышло…

Самое интересное, что ни закону, ни устным разъяснениям инвалиды не поверили. И тогда пришлось проводить эксперимент на себе – самому получить ИПР. Эксперимент показал, что:

  1. если бы сидел в очередях наравне со всеми, пришлось бы затратить, полторы-две недели рабочего времени;
  2. инвалидов-бессрочников, получивших группу до вступления в силу закона «о монетизации», к переосвидетельствованию действительно не принуждают.

Относительно положительным оказался хотя бы один результат из двух.

Как представитель политической оппозиции должен быть благодарен М. Зурабову за то, что он провоцирует акции протеста и обеспечивает нам дополнительные голоса на выборах. Однако как защитник прав инвалидов предпочитаю, чтобы протестующих на улицах было меньше, но зато больше тех, кто получает средства реабилитации и отдыхает в санаториях.

7. Литература для инвалидов по зрению. Для человека, лишенного зрения, доступ к информации – едва ли не главное условие обеспечения его равных возможностей с другими. На Западе используют даже специальный термин – «инвалиды по чтению». Стремясь помочь каждому незрячему приобщиться к учебнику, к научной информации и художественной литературе, в каждом федеральном бюджете, начиная с 1993 г., нам удается предусмотреть средства на выпуск специальной литературы, включая книги, изданные шрифтом Брайля, и «говорящую книгу», записанную на магнитных носителях.

В 2004 г., когда принимался «погромный» закон о «монетизации», сохранить в Федеральном законе «О социальной защите инвалидов в РФ» строку об информационном обеспечении инвалидов по зрению удалось буквально чудом. Если когда-нибудь доживу до времени сочинения мемуаров, расскажу об этом подробнее. Сейчас же отмечу: с помощью многочисленных запросов в правительство, визитов к министрам, начальникам агентств и их замам на цели информационной реабилитации инвалидов по зрению удалось добиться в бюджетах: 2004 г. – 72,5 млн. руб., 2005 г. – 73,8 млн. , 2006 г. - 105 млн. руб. В расчете на каждого из 150 тысяч читателей специальных библиотек это, конечно, много меньше, чем в Европе. Однако без информации инвалиды по зрению не останутся.

8. Параолимпийское движение и спорт инвалидов. Как вице-президент Параолимпийского комитета и единственный представитель общероссийских общественных организаций инвалидов в парламенте ежегодно участвую в Парламентских слушаниях, заседаниях коллегии Федерального агентства по спорту и профильного Комитета Госдумы, рассматривающих эти вопросы. Но главное – добиваюсь выделения расходов на подготовку и проведение Параолимпийских игр отдельной строкой в бюджетах страны и увеличения финансирования этих программ. Так, в бюджете 2005 г. на эти цели выделено дополнительно 8 млн. руб. В бюджете 2007 г. расходы на параолимпийцев и спорт инвалидов составят 104 млн. руб.

Кстати, на Параолимпийских играх в Афинах российская сборная выступила достаточно успешно: по сравнению с Сиднеем она поднялась с 14 места на 11 и завоевала 41 медаль вместо 35. Туринская же Параолимпиада 2006 г. стала рекордной в российской спортивной истории. На церемонии закрытия игр нашу команду восторженные итальянцы приветствовали, как никакую другую. И было за что: 29 российских спортсменов-инвалидов завоевали 33 параолимпийские медали, в т.ч. 13 золотых, 13 серебряных и 7 бронзовых (все цифры «счастливые» – как специально для любителя нумерологии). Для сравнения: у занявшей второе место команды Германии 8 золотых медалей, у ставшей третьей команды Украины – 7. Что касается общего числа наград, то их Россия завоевала как раз столько, сколько немцы и занявшие четвертое место французы вместе взятые (18+15=33).

Откуда же такой взлёт? Ответ прост. Подтвердилась старая истина: патриотизм – это естественная реакция человека на отношение к нему государства. Как едва ли не главный «лоббист» интересов инвалидов в Государственной Думе хорошо знаю: на этот раз условия спортсменам были созданы если и не по евростандартам, то, по крайней мере, достойные – на порядок лучше, чем при подготовке к предыдущей Параолимпиаде. Прежде у наших ребят не было ни современных лыж, ни собственных винтовок для биатлона, ни нужного количества врачей и медикаментов. Теперь с помощью нашей работы в Госдуме всё это появилось. Государство немного вложилось в спорт инвалидов и получило потрясающую отдачу.

Уверен: умная пропаганда параолимпийского движения, безусловно, могла бы помочь изменению социальных ожиданий в стране. Глядя на телеэкран, немало молодых и здоровых людей наверняка задумались бы над вопросом: если инвалиды могут преодолеть ограниченные возможности здоровья неограниченными возможностями духа, чем я хуже? И хотя российская власть нередко устраивает гражданам гигантский «слалом» вместо «спокойной лыжни», надо бороться до конца. В конце концов и плохих «тренеров» можно заменить на хороших. Главное, как в известном фильме по сценарию братьев Стругацких: видеть цель, верить в себя и не бояться трудностей. Как делают российские параолимпийцы.

II.7.2. Реабилитация на изнанку

В отличие от общественных организаций, социальная поддержка самих инвалидов в последние годы в целом практически не увеличилась, а по некоторым направлениям прямо упала. Напомню, что в результате «монетизации»:

  • в законе «О социальной защите инвалидов в РФ» ликвидированы положения о государственной поддержке создания рабочих мест для инвалидов, о признании инвалида безработным и оказании ему помощи в поиске работы, исключены транспортные льготы для инвалидов, льготы по оплате радио и телефонной связи и т.п.;
  • в законе «О социальной защите инвалидов в РФ» ликвидированы положения о государственной поддержке создания рабочих мест для инвалидов, о признании инвалида безработным и оказании ему помощи в поиске работы;
  • резко ухудшились условия квотирования рабочих мести для инвалидов. Если прежде такие рабочие места должны были создавать предприятия с числом работников не менее 30, то теперь – не менее 100. Только московские инвалиды потеряли на этом сотни миллионов руб. и многие тысячи рабочих мест;
  • сокращая поддержку реабилитации инвалидов, федеральная власть мешает заниматься этим властям в регионах. В связи с изменением статьи 5 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в РФ», прокуратура во многих республиках и областях опротестовывает решения властей, направленные на поддержку инвалидов, а финансовые органы отказываются их исполнять.

Все попытки регионов вернуть себе права по социальной защите инвалидов до октября 2005 г. неизменно проваливались едино-лдпровским большинством в Госдуме. Так, за один из таких законов, 16 сентября 2005 г. думские фракции проголосовали:

  • КПРФ: 94%;
  • «Родина» («Народная воля»): 89%;
  • «Родина»: 45,5%;
  • «Единая Россия»: 0,3% (1 депутат);
  • ЛДПР: 0%.

Лишь 23 декабря 2005 г. был принят федеральный закон № 199-ФЗ, восстанавливающий права регионов в области дополнительной социальной поддержки инвалидов. 16 февраля 2007 г. предпринята также попытка отчасти исправить пороки «монетизации» в части квотирования рабочих мест для инвалидов: по новому закону обязательное квотирование предусматривается при 50 работниках на предприятии. Это должно либо увеличить занятость инвалидов, либо дать дополнительные средства тем предприятиям, которые активно решают эту проблему.

В тех редких случаях, когда закон «о монетизации» принес инвалидам пользу, каждая «чашка меда» сопровождается ложечкой «дегтя». Например, в рамках «социального пакета» значительно увеличилось число инвалидов, получивших санаторные путевки. Однако:

  1. это путёвки почти исключительно в осенне-зимний период;
  2. из-за низкой оплаты санаториям одного курортного дня многим инвалидам приходится доплачивать за необходимые для них процедуры, которые в официальную цену не уложились;
  3. когда более половины льготников России отказались от «соцпакета», количество путёвок вновь резко сократилось (например, по санаториям ВОС в 2007 г. – почти в 2 раза).

Невольно вспоминается бюрократ Иван Иванович из сказки Эдуарда Успенского про чебурашку: он принципиально все делал наполовину: давал половину нужных кирпичей; полмашины, чтобы их довезти; если гвозди, то гнутые и т.п. Похоже, эпохи и общественные системы меняются, а бюрократия бессмертна!

Как уже не раз говорил и писал, одним из коренных пороков закона «о монетизации» (кстати, к этой самой монетизации не имеющих никакого отношения) является замена уровня социальной поддержки в зависимости от группы инвалидности уровнем такой поддержки в зависимости от степени утраты трудоспособности. Эта замена открывает дорогу произволу, ибо группы инвалидности чётко связаны с медицинскими показаниями, а степень утраты общей трудоспособности точно определить невозможно. Неслучайно экс-министр труда А. Починок говорил, что полностью нетрудоспособен только труп.

За прошедшие годы на пленарных заседаниях Госдумы, запросами в правительство и всеми другими способами этот вопрос поднимал многократно. Вернуть в закон прежнюю систему пока не удалось, но количество злоупотреблений после нескольких бесед с М. Зурабовым и специальных встреч в Федеральном агентстве по здравоохранению и социальному развитию, заметно сократилось. По крайней мере, об этом говорят данные из регионов.

Тем не менее, по официальным данным, только за 2005 и первые два месяца 2006 г. 43 700 человек, имея группы инвалидности, получили так называемую нулевую степень утраты трудоспособности. Иначе говоря, эти люди остались без пенсии, без гарантий трудоустройства и должны жить по известному принципу: вот тебе три рубля (соцпакет) – и ни в чём себе не отказывай.

Тем не менее, законопроект об отказе от степеней трудоспособности в пользу групп инвалидности в Государственной Думе был провален. 8 сентября 2006 г. за такую законодательную инициативу проголосовали:

  • «Родина» – 100%;
  • КПРФ – 96%;
  • «Единая Россия» – 0;
  • ЛДПР – 0.

На парламентских слушаниях 4 апреля 2005 г. думский Комитет по труду и социальной политике поддержал рекомендацию в адрес правительства, согласно которой группы инвалидности должны быть восстановлены там, где речь идет о социальном пакете и ежемесячных денежных выплатах. Однако в пенсионном законодательстве предполагается сохранить степени утраты трудоспособности.

22 августа 2005 г. на правительственном уровне был принят Приказ № 535, устанавливающий критерии определения степени утраты трудоспособности. Согласно новым правилам, третья степень ограничения способности к трудовой деятельности должна устанавливаться лишь для лиц, которые не могут работать ни при каких обстоятельствах либо для тех, кому любая работа противопоказана. Иначе говоря, для находящихся при смерти или полностью утративших интеллект. Соответственно, вторую степень предлагают устанавливать тем, кто может работать только при помощи других людей в специально созданных условиях (т.е. для инвалидов I группы и т.п.). Если этот документ начнут применять буквально, уровень пенсионного обеспечения и социальной поддержки инвалидов для большинства понизится ровно на одну группу, а для некоторых и более. Недавно услышал от президента одной из крупнейших общероссийских общественных организаций – человека сверхосторожного и к тому же члена «Единой России»: кажется, и я уже созрел выводить людей на улицу… Сразу вспомнил собственное заявление в Госдуме: в России вызвать «оранжевые» выступления может только правительство!

В целом, политика по отношению к инвалидам, основанная на законе «о монетизации», отражает две основные особенности социальной политики российского государства вообще.

Первая из них – попытка помочь «нищим» за счёт… бедных! Я не оговорился. Правительственные эксперты были правы, когда утверждали, что льготами по преимуществу пользуются не самые нищие, а, так сказать, средне бедные инвалиды. Самыми нищими являются инвалиды, которые не могут работать, находятся в домах-интернатах или не могут выйти из собственных квартир, короче - по каким-то причинам не могут или не хотят заниматься собственной реабилитацией. Закон «о монетизации» действительно дал им некоторые дополнительные средства, хотя и весьма жалкие. Однако как раз за счёт тех, кто пытается реабилитировать сам себя: работает или стремится к трудоустройству, занимается общественными делами, физкультурой и спортом, вынужден много ездить на транспорте и т.п.

Надо ли помогать самым обездоленным? Безусловно, да. Но абсурдно отбирать для этого деньги у тех, кто чуть-чуть обеспеченнее. Власти достаточно лишь немного поделиться дополнительными доходами бюджета, причём со всеми инвалидами.

Вторая особенность «монетизации» прямо вытекает из первой: вопреки информационному шуму о создании цивилизованной рыночной экономики, этот закон стимулирует не реабилитацию инвалидов, но, наоборот, их пассивность. Тех, кто, подобно барону Мюнхгаузену, стремится вытащить себя из «болота» проблем со здоровьем, не только не поощряют, но, напротив, наказывают!

Интересно, что вопреки сообщениям СМИ, идеология «монетизации» вовсе не соответствует практике современных социальных государств. В этих государствах обеспечение равных возможностей для инвалидов представляется вовсе не как выдача определённой суммы денег, но, наоборот, как предоставление натуральных льгот, которые призваны эти самые возможности хоть немного уравнять. Например, в Норвегии инвалид по зрению имеет право не на деньги вместо транспортных льгот, а на 150 бесплатных поездок в год на такси. Для того, чтобы он мог добраться до работы, театра, бассейна и наравне с другими воспользоваться своим правом на социальные, медицинские или культурные услуги. Российская власть, как всегда, идёт другим путем. Несмотря на очевидные пороки закона «о монетизации», все наши попытки приостановить его действие закончились неудачей. Так, 21 января 2005 г. за мою поправку о приостановке 122-го закона до 1 января 2006 г. проголосовали:

  • КПРФ – 98%;
  • «Родина». – 2,6%;
  • «Единая Россия» – 1%;
  • ЛДПР – 0.

II.7.3. «Регрессники»: запланированное обнищание

Особую группу людей с ограниченными возможностями здоровья (чаще всего – инвалидов) составляют те, кто пострадал от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (так называемые регрессники). Особую, поскольку положенные им по закону ежемесячные страховые выплаты индексируются даже хуже, чем пенсии.

Напомню: в современной России базовая часть пенсии индексируется по средней инфляции, а страховая – по росту заработной платы в стране. Как уже говорил в разделе II.2. «Пожили – и хватит?», даже при такой системе с 2005 по 2007 гг. в реальных деньгах средняя пенсия упала на 21%.

По официальным данным думского Комитета по труду и социальной политике, страховые выплаты в порядке возмещения вреда здоровью индексировались следующим образом:

  • с 1 января 2004 г. – на 10%;
  • с 1 января 2005 г. – на 9,5%;
  • с 1 января 2006 г. – на 8,5%;
  • с 1 января 2007 г. – на 7,5%.

Легко посчитать, что это ниже официально объявлённого роста цен. Если же сравнивать эту «индексацию» с официальными данными о росте прожиточного минимума, а тем более – с данными независимых ученых, согласно которым цены на товары первой необходимости растут по 25-30% в год, то политика по отношению к «регрессникам» выглядит просто бессовестной.

Вот почему мною была предложена законодательная инициатива в защиту интересов пострадавших на производстве, которых в России насчитывается 561 261 человек, в Кемеровской области - около 32 000, а в Омской области – примерно 5 600.

21 февраля 2007 г., объясняя на пленарном заседании Госдумы необходимость принятия нового закона, я назвал четыре порока старого, т.е. действующего.

Порок первый: индексация страховых выплат по возмещению вреда здоровью ставится в зависимость от официальных данных о среднем росте цен, а не от роста цен на товары первой необходимости. Напомню: в разные годы, даже по расчётам правительства, цены на эти товары растут в 1,5-2 раза быстрее, чем в среднем, а по данным независимых учёных – в 2,5-3 раза.

Порок второй: действующий закон содержит крайне расплывчатую формулировку – «с учётом инфляции», а этот «учёт» может быть не полным, но «очень частичным». Именно это и позволяет правительству индексировать страховые выплаты ниже даже официально объявленного среднего роста цен.

Порок третий: закон устанавливает, что индексация проводится в пределах средств, выделенных на эти цели в бюджете Фонда социального страхования. Как мы знаем, средств в этом Фонде постоянно не хватает.

Порок четвёртый: федеральный бюджет, который буквально разбух от денег, никакой ответственности за страховые выплаты по возмещению вреда здоровью не несёт.

Напротив, предложенный мною законопроект должен был все четыре порока ликвидировать, а именно:

  1. установить зависимость индексации страховых выплат не от среднего роста цен, но от роста прожиточного минимума (цен на товары первой необходимости);
  2. заменить расплывчатое «с учётом» на конкретное «в соответствии». Тем самым возможность не доплачивать «регрессникам» была бы исключена;
  3. обязать правительство предусматривать необходимые средства в Фонде обязательного страхования вместо того, чтобы выплачивать их людям по остаточному принципу (в пределах того, что есть в Фонде);
  4. в обязательном порядке предусматривать поддержку Фонда из федерального бюджета в случае, если в самом Фонде средств недостаточно.

По нашим расчетам, цена вопроса составляла около 15 млрд. руб. в год, или примерно 1% от дополнительных доходов бюджета страны в 2007 г. Процитирую самого себя по думской стенограмме:

«российская власть не должна уподобляться <…> Плюшкину, который морил голодом самого себя и других. Правда, наша власть себя голодом не морит. Напомню, что заработную плату государственных служащих предполагается индексировать с 1 января на 10% и осенью ещё на 15%. Затраты на эти цели несоизмеримы с теми, о которых мы просим.

<…> мы выбираем из двух вариантов: либо пусть продолжают нищать люди, которые уже один раз пострадали от травм на производстве, либо мы действительно пытаемся сократить в стране бедность».

За закон меня активно благодарили депутаты от шахтёрских регионов. Кемеровский депутат Н. Останина напомнила, что председатель думского Комитета по труду и социальной политике А. Исаев давал обещание заняться этой проблемой и внести необходимые поправки. Однако результаты голосования за мой законопроект оказались следующими:

  • КПРФ – 94%;
  • «Родина» – 93%;
  • «Единая Россия» – 0;
  • ЛДПР – 0.

Увы, и людям, потерявшим здоровье на производстве, «партия власти» помочь не дала. Но мы обязательно будем пытаться снова.

На одном из круглых столов в Госдуме напомнил коллегам известный юмористический сюжет, услышанный от многократного чемпиона мира по плаванию среди незрячих.

Паралимпийские игры. Соревнования по плаванию среди людей с нарушениями опорно-двигательного аппарата. От разных стран выступают люди без рук, без ног, а от России – одна голова. Стартовый выстрел. Все плывут, а голова начинает тонуть. С трибун кричат:

– Вася! Что случилось? Ты же так хорошо плавал!

Голову вытаскивают из бассейна и слышат:

– Три года учился грести ушами, – так они…шапочку натянули!

Учёные утверждают: среди Нобелевских лауреатов до одной четверти тех, кого можно отнести к людям с ограниченными возможностями здоровья. Такие люди вполне способны помочь себе и другим. Надо только, чтобы власть им не мешала, периодически «натягивая шапочку»…