СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяОбщероссийское движение «образование – для всех» (одв)Отчёты о мероприятияхСтенограмма круглого стола на тему \"концепция социально-экономического развития российской федерации до 2020 года: планы и реальная обр?

Стенограмма круглого стола на тему "Концепция социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года: планы и реальная образовательная политика"

. Москва. Здание Государственной Думы РФ

Председательствует заместитель председателя Комитета Государственной Думы по образованию О.Н. Смолин.

Добрый день, уважаемые коллеги!

Сегодняшний «круглый стол», который организаторы предпочитают называть общественными слушаниями, проводит, как обычно, общественное движение «Образование – для всех», редакция журнала «Культура здоровой жизни», при поддержке думской фракции Компартии Российской Федерации. Вместе с тем наше мероприятие непартийное.

Очень бы хотелось опровергнуть мнение организации «Репортёры без границ», которая за последние шесть лет не давала России ни разу по свободе информации места выше 121-го. А последнее место 144-е из 168-ми стран. Поэтому мы готовы предоставить слово участникам нашего «круглого стола» самых различных политических и педагогических направлений. Здесь никаких ограничений быть не может.

Вопреки традиции, совмещу вступительное слово с первым докладом, и хочу сказать, что тема нашего обсуждения, как мне кажется, чрезвычайно интересная. Обсуждается образовательная часть Программы развития Российской Федерации до 2020 года. Причём обсуждается, слава Богу, вовремя.

В комитеты Государственной Думы был роздан проект этого документа. И пока документ ещё не утверждён окончательно, и пока ещё не раздались «бурные и продолжительные аплодисменты» по поводу того, какой хороший получился документ, есть возможность повлиять на его социальную направленность и на его содержание.

Собственно, в этом смысл сегодняшних общественных слушаний.

Участникам роздан проект рекомендаций слушаний. Организаторы готовы рассмотреть любые предложения к проекту рекомендаций, который обязательно будет направлен в органы власти, будет обсуждаться на заседаниях Государственной Думы, озвучен на её пленарных заседаниях. Короче говоря, постараемся сделать всё возможное, чтобы образовательная программа развития России до 2020 года оказалась достойной нашей, в прошлом, великой образовательной страны.

Дискуссии по поводу этого документа уже несколько стихли. А жаль! Начинались они довольно бурно. И многие окрестили этот документ программой нового «светлого будущего». В какой-то степени обоснованно.

Этот документ обещает, что к 2020 году российская экономика станет пятой экономикой в мире. Правда, нельзя забывать, что 20 лет назад советская экономика была второй в мире.

В этом же документе можно прочесть, что к 2020 году средняя заработная плата в Российской Федерации вырастет более, чем в 5 раз – примерно с 530 до 2700 долларов, что может радовать.

Обещается, что средняя продолжительность жизни увеличится до 75 лет. Хотел бы заметить только, что, согласно официальным данным Росстата, в 2006 году по сравнению с 2005 годом эта средняя продолжительность жизни сократилась на 2 года: у мужчины, соответственно, с 58 до 56 лет; у женщины с 72 до 70 лет.

Обещано, что население страны перестанет сокращаться, и даже начнёт увеличиваться и вновь достигнет 145 миллионов человек (показатель, который страна уже имела примерно в 2002 году). При этом существует прогноз ЦРУ, согласно которому население Россия будет продолжать сокращаться, и к 2050 году составит 108 миллионов человек. Очень бы хотелось утереть нос Центральному разведывательному управлению, но чья статистика окажется ближе к истине, покажет только время, а самое главное – проводимая социальная политика.

Говорится, что к 2020 году в стране должны исчезнуть беспризорники. Это радует. Но хотел бы заметить, что проблемы беспризорности после Гражданской или Великой Отечественной войн решались в течение нескольких лет. Видимо, после реформ 1990-х годов эта задача оказывается более сложной.

На семью из 3-х человек к тому времени в России будет приходиться квартира средней площадью в 100 квадратных метров, то есть примерно по 33 метра на человека. Стоит напомнить, что сейчас в Европе примерно 35-40 квадратных метров, в Соединённых Штатах и Канаде – 70 квадратных метров.

Короче говоря, есть много хороших и много обещающих в раздельном написании положений этой программы. Вместе с тем её аналитики и критики уже задавали целый ряд вопросов. Позволю себе некоторые из этих вопросов озвучить.

Как быть с обещанием, что заработная плата в России должна вырасти приблизительно в 5 раз, а производительность труда – сначала Владимир Владимирович Путин озвучил «в 4 раза», а теперь в программе записано «в 2,5 раза»? Как быть с известным законом опережающего рост производительности труда по отношению к заработной плате?

Почему предполагаемый рост средней заработной платы определён в долларах? Не потому ли, что один из прогнозов заключается в том, что курс доллара может падать и, соответственно, в этом случае исполнить большие обещания по повышению заработной платы будет намного легче?

Почему даже к 2020 году средняя пенсия в Российской Федерации прогнозируется на уровне 30 процентов от средней заработной платы? Тогда как, согласно Конвенции МОТ № 102 это соотношение должно быть не менее 40 процентов, а, согласно Европейской социальной хартии, не менее 60 процентов. Согласно принятому в конце советского периода закону о пенсиях, пенсия должна была составлять от 55 до 75 процентов от заработной платы, что вполне соответствовало уровню Европейской социальной хартии.

Однако обратимся к собственно образовательной части программы, которую обсуждаем.

В этой программе, с моей точки зрения, очень хорошо обозначены главные цели образования. Позволю себе процитировать: «главная цель образования – это повышение доступности качественного образования в соответствии с требованиями инновационного развития экономики и современными потребностями общества». Те, кто читал Декларацию движения «Образование – для всех», понимает, что другими словами написано ровно то же самое, чего требует и Декларация. И это не может не радовать.

Всё содержание образовательной части программы условно можно разделить по критерию доступности каждому гражданину качественного образования на четыре группы положений – позитивные, отрицательные, противоречивые и малопонятные.

Приведу по несколько примеров из каждой группы.

Социально ориентированное положение: при университетах надо создать подготовительные отделения, которые будут направлены, прежде всего, на то, чтобы бесплатное образование получили парни, отслужившие полный срок по контракту.

Это абсолютно правильное положение. Прибавим к этому, что фраза «прежде всего» наводит на мысль, что, возможно, будут созданы дополнительные образовательные возможности и для других категорий граждан, как это было в советский период.

Обещают создать 6-8, затем 8-10-12, а недавно Владимир Путин, выступая в Государственной Думе, объявил данные «16-20 университетских комплексов мирового уровня». Правда, возникает вопрос, а есть ли в стране сейчас университетские комплексы мирового уровня или таковых в данный момент не существует?

Надо иметь в виду, что ректоры провинциальных вузов не без оснований задают следующий вопрос: что будет с остальными? Не получится ли так, что в России создаётся так называемая «образовательная вертикаль», на вершине которой 2 вуза, немного ниже ещё до 20 национальных университетов, а всем остальным средства будут выделяться по остаточному принципу, как это происходит и сейчас? Ибо, согласно данным агентства Рособразования, в тот период, когда его возглавлял Григорий Артёмович Балыхин, финансирование образования составляло 40 процентов от минимальной потребности.

Из антисоциальных положений этой программы назвал бы только два.

Перевод большинства школ, учреждений профессионального образования на подушевое финансирование. Не хочу повторяться, ибо в этом зале не раз говорил: другой такой страны не знаю в мире, где бы существовал единственный принцип подушевой выдачи денег. Все другие страны применяют более сложную формулу, поскольку они прекрасно понимают, если делить деньги только по количеству учеников, резко увеличивается неравенство образовательных возможностей, например, в отношении сельских школ.

Перевод на уровневые программы подготовки специалистов, другими словами, принудительная бакалавризация всей страны. Повторю ещё раз позицию декларации «Образование – для всех»: Болонский процесс может быть только добровольным. В противном случае он принесёт несравненно больше вреда, чем пользы.

Остановлюсь коротко на противоречивых положениях Концепции.

Ключевое положение связано с бюджетным финансированием и статусом педагогического работника. Программа предлагает поднять уровень финансирования образования к 2020 году примерно с 3,9 процента от валового внутреннего продукта до 4,5 процента.

Этого абсолютно недостаточно. Согласно данным комиссии Общественной палаты по интеллектуальному потенциалу, которую тогда возглавлял Ярослав Кузьминов, финансирование образования в России составляет не 3,9, а 3,5 от валового внутреннего продукта. И повышать его нужно не на полпроцента, а, как минимум, вдвое, как минимум, до 7 процентов. Кстати, это совпадает с требованием декларации «Образование – для всех».

В программе развития до 2020 года написано, что нужно повышать заработную плату педагогических работников до уровня, сопоставимого с уровнем оплаты труда квалифицированных работников в коммерческом секторе. Это радует. Но если посмотреть этапы реализации программы, то в 2008-2012 годах обещают только стимулирующие надбавки для педагогических работников. А более менее серьёзные меры отнесены к 2018-2020 годам.

Если учесть, что средний возраст кандидата наук в Российской Федерации 47 лет, средний возраст профессора 59 лет, то, видимо, программа рассчитана на долгожителей. И остаётся пожелать коллегам в системе образования: живите долго.

Любая серьёзная программа долгосрочного характера должна ответить, как минимум, на семь основных вопросов:

- уровень и механизмы финансирования;

- гарантии права на образование и социальные гарантии для обучающихся (к сожалению, кроме положения, что надо бесплатно учить контрактников, ничего иного нет);

- система ограничения неравенства возможностей в сфере образования (ничего поддерживающего людей с низкими доходами, в этом документе не обнаружено);

- уровень оплаты труда и другие параметры ставки педагогических работников (нам обещают зарплату на уровне квалифицированных работников коммерческих структур, но к 2020 году);

- система и организация управления, включая распределение полномочий и финансовые механизмы (кое-что в документе есть, насколько удовлетворительно – надо прочитать весь документ, чтобы понять);

- содержание образования (об этом нет ничего, на ключевой вопрос, чему будем учить, документ не отвечает);

- ценности, на которые система образования ориентирует обучающихся (об этом нет ничего).

Думаю, организаторы правильно написали в проекте рекомендаций, что нужно поддержать саму идею разработки долгосрочной образовательной программы. Когда-то это пытались сделать через национальную доктрину образования. Но социальная направленность Программы-2020 должна быть резко увеличена. В противном случае она превратится в паровоз для машиниста. То есть управленцы будут понимать, чего от них хотят из этой программы, но ни учитель, ни ученик, ни студент, ни родитель ответов на ключевые вопросы из этой программы не получат.

Делягин М.Г. , директор Института проблем глобализации.

Сразу поддерживаю целиком и полностью проект резолюции, потому что очень технологично и очень разумно составлен. Специалисты, наверно, его дополнят и добавят, но на фоне этой чудесной Концепции, прочитав которую, я испытал некоторый шок, хотя ко многому привык в области российского бюрократического управления.

К Концепции я значительно менее толерантен, чем Олег Николаевич Смолин.

Первая же фраза: необходимым условием формирования инновационной экономики является модернизация системы образования. То есть цель модернизации системы образования, цель политики в области образования сводится до удовлетворения потребностей экономики.

То, что образование является процессом создания общества, создания социума, воспитания человека, с самого начала вычеркивается из сферы понимания авторов Концепции. Образование понимается в узком смысле, как то, что удовлетворяет потребности экономики в специалистах.

На первой же странице читаем: расширение осваиваемых обучающимися компетентностей. Это одна из таких проговорок, по которым видно, как по искоркам, что там на самом деле внутри сидит. Опять авторы хотят перейти к тому, что система образования должна готовить только специалистов, она должна только учить. Она не должна воспитывать, она не должна учить думать, она не должна учить быть гибким и самостоятельно принимать решения. Только специалистов, только винтиков, которых можно завинчивать в машину в нужное место или класть на полочки до нужного времени.

Логика – деньги в обмен на обязательства – это типичный классический бухгалтерский подход. Такое же выражение бухгалтерского подхода: деньги следуют за учащимся. Здесь не только катастрофа для малонаселённых районов. Если деньги следуют за учащимся, а все учащиеся посмотрели хороший фильм и решили пойти в цирковое училище, то в стране что через десять лет будут только акробаты, и никаких специалистов больше не будет? Это классический стандартный вопрос, который задаётся уже лет десять, и остаётся без ответа.

Разговор по вопросу системы образования – это разговор со стенкой, к сожалению.

Фраза, которая так восхитила Олега Николаевича Смолина: «стратегическая цель госполитики в области образования – повышение доступности качественного образования». На бюрократическом языке «повышение доступности» означает: что-нибудь как-нибудь обязательно постараемся сделать.

Если в документе записано «обеспечение полной доступности качественного образования в такие-то сроки» – понятно, это государство берёт на себя обязательства что-то сделать. В той формулировке, которая использована: государство берёт на себя обязательства что-то постараться сделать.

То есть последствия катастрофы 1991-го и последующих годов поправляться не будут.

Некоторые вещи чудовищны. Обеспечение возможности выстраивания студентами и учащимися, надо полагать, школ индивидуальных образовательных траекторий. Я себя хорошо помню студентом, я бы себе такую индивидуальную образовательную траекторию выстроил, что сейчас бы охранником работал, и не более того. Есть вещи, которые человек сам, по крайней мере в молодости, оценить не может. И предоставление ему полной свободы в этой сфере – значит его угробить.

Понятно, что общественность должна участвовать в работе, в контроле качества образования и бизнес-организации тоже должны делать, но, говоря об этом, и признавая это как необходимую вещь, нужно помнить, что вообще-то у общественности и у бизнеса есть другие функции. И когда говорят, что контроль качества должны обеспечивать они, и больше в тексте не говорится про контроль качества совсем ничего, то есть весь контроль качества перекладывается на них. С одной стороны, качество будет восприниматься очень специфически, потому что общественность бывает разная и бизнес бывает разный, можно и Геккельбери Финна запрещать. С другой стороны, вообще-то это повышение издержек для бизнеса. Он может брать на себя добровольно, но нельзя надеяться, что он будет брать на себя эту функцию везде и повсеместно.

Другая фраза: предоставление части программ среднего профессионального образования статуса бакалавриата. Раньше было два года общего образования в вузах, с третьего года начиналась специализация, и три года специализации. Система бакалавров поменялась: четыре года общего образования (непонятно, чему учить в 2 раза дольше), а время подготовки специалистов сократилось. Теперь ещё и техникумам, по-новому – колледжам тоже будут давать право готовить бакалавров. То есть, что отучился 4 года в МГУ, что отучился 4 года в колледже, где готовят секретарш при МИДе – это будет формально одинаковый уровень образования?

Хорошая идея. Она напоминает вообще уничтожение системы высшего образования.

Походя бросаются замечательные фразы типа: необходимо решать кадровые и исследовательские задачи общенациональных инновационных проектов. Только вот самих таких проектов пока нет как проектов, есть разговоры о проектах, а в содержательном виде таких проектов не существует.

Позиция, которую, наверное, не понимаю в силу того, что я не специалист, но меня она пугает. Цитирую: «Формирование комплексных учебных центров профессиональных квалификаций на базе учреждений начального и части учреждений среднего профессионального образования с последующей передачей общеобразовательных и социальных функций учреждений начального профессионального образования системе общего образования». Если восстановят уроки труда, когда в школе на станках учили работать, но, может быть, это и неплохо, хотя нынешние школьники и без того перегружены. Но, если появятся школы, которые будут изначально готовить рабочих, из которых изначально не будет выхода в систему высшего образования, то это тоже напоминает катастрофу.

Обеспечение двух лет образования до школы каждому ребёнку. Я сейчас сталкиваюсь с системой детских садов в Москве, где, наверное, она одна из лучших в стране. Могу сказать, что это заведомо профанация, по крайней мере, при сегодняшнем уровне.

Романтическая вещь – создание системы профессионального обучения и сертификации трудовых мигрантов на контрактной основе с последующей отработкой по востребованным в экономике России специальностям.

Понятно, что все хотят повышать зарплату работников образования. Цитирую: «Увеличение оплаты труда работникам образовательных организаций до уровня, сопоставимого с уровнем оплаты труда квалифицированных работников в коммерческом секторе экономики». Квалифицированный работник в коммерческом секторе экономики – это может быть исполнительный директор инвестиционного банка «Тройка» и «Диалог» или Анатолий Борисович Чубайс. А это, может быть, доярка в развалившемся колхозе, тоже вполне квалифицированный работник и в абсолютно коммерческом секторе.

Пока не будет конкретизации, это будет абсолютно пустое обещание, которое возбуждает безосновательное ожидание, но государство никому и ничего не должно. Тем более не говорится, это будет уровень текущий, то есть, 2010, 2012, 2020 годов или это будет уровень 2007 года, когда эта бумажка писалась. Тоже большая разница.

О повышении расходов на образование.

Считать эффективность по расходам – это затратный советский метод, он сам по себе не эффективен. Сейчас будет создан бизнес, связанный с чиновниками Минобразования, в сфере образования, бюджетные деньги будут направлены ему, и будем радоваться, что так увеличиваются расходы на образование. Хотя до образования деньги доходить не будут. Это только что проходили в здравоохранении.

Но здесь поставлена планка: бюджетные расходы повысить до 4,5 процента ВВП. При том, что в странах «большой семёрки», как написано в этом же документе, ныне эти расходы 5 процентов ВВП. То есть, заранее предполагается, что отечественное образование остаётся второсортным, хотя бы по валовым показателям.

Люди, которые писали проект Концепции, не хорошо владеют русским языком. О степени катастрофы в области образования свидетельствует, например, следующая фраза: «Темп роста государственных расходов в период 2008-2010 годов составит не менее 10-14 процентов в год до 2020 года». Эта фраза, во-первых, не отредактирована, и, во-вторых, людей, которые так пишут в официальных документах, к написанию бумаг до переквалификации и до сдачи экзамена ЕГЭ по русскому языку, допускать нельзя в принципе.

Если посмотреть сроки реализации, разбивку по срокам, то вещи ужасные.

До 2012 года намерены стандартизировать директоров школ, с точки зрения образовательного менеджмента, и аттестовать их. Хорошая идея, но, помимо того, что бывают, мягко говоря, сумасшедшие директора школ (пару из них регулярно встречаю в Госдуме), бывают ещё весьма странные учителя. А учителей тестировать не собираемся ни по каким признакам? Даже до 2020 года кто угодно может преподавать что угодно? Это положение надо бы добавить.

К 2017 году планируется сформировать не менее 6 научно-образовательных комплексов мирового уровня. А сейчас 6 таких комплексов по стране нет? Или будем дожидаться, пока они сдохнут? Дождёмся, а потом будем их восстанавливать с нуля.

Люди, в общем-то, очень невнимательно читали, что же они написали в документе, и это показывает отношение государства к документу, который мы сейчас будем вполне серьёзно обсуждать.

Турбовской Я.С. , председатель Совета директоров школ России, заслуженный учитель, руководитель лаборатории Российской академии образования.

Мы присутствуем или принимаем участие, что, наверное, одно и то же, в обсуждении судьбоносного документа, который, по крайней мере, претендует на эту роль и говорит, чего страна достигнет к 2020 году. Хорошо, если достигнет. У меня возникает сомнение, достигнет ли даже этого. Я не социолог, не информатик, не статист, а педагог. И с этих позиций хотел бы посмотреть.

Очень рад, что в таком документе прозвучала фундаментальная значимость образования, системообразующая значимость образования. Значит, казалось бы, именно от образования, от того, как оно будет развиваться, будет зависеть всё то, на что направлен документ. Но буквально уже вторая фраза документа перевёртывает этот смысл и превращает образование в обыкновенное, упрощённо понимаемое средство решения абсолютно кургузых задач. Основным способом и средством решения объявляется конкуренция. Объявить конкуренцию основным средством решения вопроса, значит показать, каким образом подходим к пониманию тех задач, которые стоят, от каких ценностей, каких условных основных установок исходим, когда хотим решить те проблемы, которые стоят.

Обратите внимание на характер задач. Абсолютно административно сформулированные задачи, абсолютно формально представленные пути решения вопросов, и абсолютно упрощённо понимается отношение с образованием. Образование рассматривается как некая ложка или лопата, которой можно так или иначе орудовать и приспосабливать её к тем или иным целям.

В этой связи анализ задач позволяет понять, что они реализуются с помощью трёх основных средств. Это организация, это контроль и это экономика. В стороне остаются собственно имманентные характеристики самого образования: может ли оно решать, готово ли оно решать эти проблемы? Ведь когда употребляются такие слова как «качество образования», «эффективное развитие образования», когда хотим сливать университеты, решать проблемы содержания образования, без которой никуда не деться, этот документ даже не задумывается, а есть ли готовность эти проблемы решать. А то, что даже мир не имеет решений этих вопросов, никого из составителей документа и не интересует.

Хотел конкретно сформулировать то, что меня не устраивает в документе. В этом документе не предусмотрены социальные последствия. Не просчитаны ужасные социальные последствия подушевого (оно скорее происходит не от слова «душа», а «душить»), нормативного финансирования образования. В этом документе не предусмотрены организационные решения вопроса.

Сольют университеты, а где концепция слияния университетов, на какой основе сливаются университеты? Ведь просто порождаются конфликты межличностные, иерархические. И что они будут делать, слитые университеты? Дело ведь не в форме, которую навязывают, а в той содержательности, которая должна лежать в основе дела.

В резолюцию нужно внести как требование – взвешенно подходить к проблеме, проработать вопросы, учитывать возможности образования как функционирующей «живой» системы, идущей от последовательности, от преемственности, от традиций, от ценностей. Ломать через колено горазды, но ломается и колено, а проблема не решается.

Нужно со всей определённостью сказать, что прежде, чем утверждать этот документ, он нуждается в серьёзной доработке. Это первое.

И второе. К процессу осуществления намерений к 2020 году нужно подходить как к процессу, понимая, что в начале надо сделать, что потом надо сделать, не останавливаясь только на промежуточных годах, а показывая, что приоритетно, как можно что-либо сделать, двигаясь к другой цели, от которой будет зависеть всё, ради чего стараемся.

И, конечно, в документе нет ни слова о ребёнке. Это ведёт к отчуждению школы от общества, школы от государства, ребёнка от государства. От его познавательной личности и гражданской активности. Конечно, можно сказать, что школа это место удовлетворения потребностей, но своеобразное удовлетворение. Разве можно отказаться от той великой русской культуры, которая лежит в основе создания и развития образования. Всё это перечёркивается, как будто бы и не существовало.

Бузгалин А.В. , профессор МГУ, лидер движения «Альтернативы».

Я тоже буду принадлежать к числу тех, кто гораздо более жёстко оценивает Концепцию, чем Олег Николаевич Смолин. На мой взгляд, вся концепция в целом и её образовательный раздел, в частности, являет собой классический образец худших примеров партийных документов советской поры. В некотором смысле даже либеральную пародию на партийные документы советской поры.

По степени детализации этот документ намного уступает абсолютно слабо проработанной программе построения материально-технической базы коммунизма.

По содержанию эта концепция очень её напоминает. Если вспомнить опору на научно-технические прогрессы, соединения достижений социализма с научно-технической революцией, то здесь это достижение: соединение достижений непонятно каких, капитализма с инновациями. Инновация – некоторое новое слово для всё того же процесса, которому же лет 70, по меньшей мере. В этом смысле документ достаточно бледный.

Этот документ не ориентирован на средства реализации целей, которые заявлены. О том, что цели утопические, говорят все экономисты подряд, мне не хочется просто это повторять. Но нет ответа на главные вопросы и это, на самом деле, сказывается и на образовательном разделе.

Существуют разные стратегии развития, даже если страна останется в рамках рыночной капиталистической общественной экономической системы. Есть модель жёстко-либеральная, та, которая до сих пор реализовывалась в России. Она даже более жестко-либеральная, чем существующая в Соединённых Штатах Америки. В США прогрессивный подоходный налог 30 с лишним процентов на богатых, и 0 – на бедных. В России для всех 13 процентов. В США профсоюзы гораздо сильнее, чем у нас. В США социальные пособия намного выше по отношению к средним доходам граждан, чем у нас.

Неправда, что в России пособия низкие, потому что страна бедная. В Швеции, по отношению к доходу на душу населения, эти пособия в 3-4 раза выше, чем в России по отношению к доходу на душу населения. Это вопрос того, останется страна в либеральной жёстко примитивно-капиталистической модели или нет. Есть ответ на этот вопрос? Нет.

Будем двигаться, действительно, к социальной экономике и обществу, о которых говорится во всех преамбулах ко всем документам, особенно в выступлениях лидеров страны, в которой формируется культ двух личностей сразу? Будет это или нет делаться в нашей стране? Если да, то надо прописывать. Мы переходим к системе трипартизма, когда государство, профсоюзы и бизнес обязаны соблюдать договора. Если не соблюдают, такие-то меры против них.

Переходим или нет к системе прогрессивных подоходных налогов, налогов на предметы роскоши и так далее? Или нет? Проводим политику селективного регулирования с приоритетом к ключевым отраслям и жёстким налоговым, финансовым, кредитным и так далее мерам по отношению к другим отраслям или нет? Проводим политику демократизации отношений собственности, когда работники имеют право участвовать в управлении везде, в том числе в университетах или нет?

Этих вопросов масса. Они написаны в любом учебнике, я их спрашиваю со студентов второго курса. Если они не знают ответов на эти вопросы, ставлю двойку. Здесь ничего этого не сказано. Не сказано специально, не потому, что люди этого не знают.

В числе руководителей Министерства экономического развития и торговли сейчас находятся двое моих бывших учеников, очень квалифицированные люди. И они этого не прописывают не потому, что они не могут этого прописать, а потому что руководство страны, определяющее её политически силы, прячет под красивыми словами реальную ориентацию на жёсткую, примитивно капиталистическую модель общественного экономического развития. Ошибок здесь нет. На таком уровне ошибок никто не делает. Гайдар не делал ошибок, когда проводил приватизацию, либерализацию. Он проводил очень умную, выверенную политику в интересах тех, кто и получил выгоду от этой политики. Это была очень умная, чёткая, красивая стратегия во вред обществу и в пользу олигархам и всех, кто с ними был связан.

Точно также и сейчас. Давайте посмотрим на конкретный образовательный раздел.

В образовательном разделе Программы остаются все общие «непонятки». Я это слово возьму в кавычки. Средства прописаны крайне невнятно. Ориентиры, если даже убрать ошибки, на которые здесь ссылался Михаил Делягин, как правило, достаточно размытые, а в ряде случаев просто безобразно размытые.

Следующий пункт, который хочу ещё раз подчеркнуть, хотя о нём говорилось трижды: цель образования – это всестороннее развитие человека и общества, а не содействие тем или другим экономическим, политическим или каким-то ещё целям. Это ключевая проблема, вокруг которой бились, бьёмся, и будем биться, пока не добьёмся необходимого результата.

Третий пункт. Я его сразу поставлю во главу угла и, по-моему, о нём пока ещё особенно не говорили. Кто будет реализовывать эту концепцию и какова будет роль образовательного сообщества детей? Это не безгласые идиоты, извините, старшие школьники, а уж особенно студенты должны иметь право участвовать в образовании, не определять самим, что и как учить, но участвовать в решении многих проблем. Образовательные сообщества, безусловно, родители, безусловно, все те, кто включён в образовательную систему гражданского общества. Ничего на эту тему нет, и не будет и не случайно. Как эта Концепция принималась без участия общественности, так она и будет псевдореализовываться без участия общественности. И даже мониторинг этого процесса реализации общественности проводить не дадут или его будут проводить тихо и кулуарно, придётся каждый раз пробиваться к трибуне, чтобы что-нибудь кто-нибудь сказал.

На самом деле вопросы сложнейшие. Кто будет решать, какие образовательные комплексы будут выводиться на мировой уровень и сколько за это будет, кому заплачено?

Кстати, попутно есть ещё один момент. В стране сложился очень интересный феномен. Теневой рынок остаётся. Сложилось теневое государственное регулирование, когда руководитель страны, премьер, президент, министр или ещё кто-либо звонит кому-либо, в том числе представителю частного бизнеса и объясняет, что тот должен делать, а чего тот делать не должен. И он тут же «берёт под козырёк». И это идёт до уровня сельсовета. Понимаете?

В этих условиях кто будет решать конкретные вопросы приоритетов, которые прописаны? А приоритеты нужны. Вот я здесь поспорю с Олегом Николаевичем. Нам нужны приоритеты, нам нужны университетские комплексы мирового уровня.

Следующий пункт касается оплаты труда. Ключевой вопрос. Здесь очень несложно зафиксировать конкретные цифры, они были зафиксированы уже 15 лет в Законе «Об образовании». Нас очередной раз начнут обманывать в течение ближайших, не знаю, скольких лет, пока не придумают новый красивый лозунг или что-нибудь ещё в таком же духе. Необходимо прописать, какие категории, как, почему, в какой мере, в зависимости от каких показателей будут получать какую оплату труда. Это очень несложно сделать. Это не требует безумных экономических расчётов. Во всяком случае, профессионалы это могут сделать за несколько месяцев и достаточно квалифицированно в зависимости от того, какие ресурсы будут выделены на оплату труда в образовании. А это надо понимать, что в зависимости от таких-то результатов в экономике на образование будет идти столько-то. Будут хуже результаты, будет меньше, будут лучше результаты, будет больше, но дальше можно просчитывать и ставить в зависимости от базовых экономических показателей показатели образования, если это приоритетная сфера.

Страны в период модернизации в образование вкладывают не менее 10 процентов валового продукта. Это цифра Советского Союза 50-х годов, не самый хороший период, только что война закончилась. Корея, Финляндия – более 10 процентов. Европейский союз на самом деле более 5 процентов намного, это только государственные расходы – 5 процентов.

Всё то, что касается конкретных вопросов, связанных с механизмами либеральной модели образования, осталось. Нет ответа на вопрос, как реально будет осуществляться финансирование школ и университетов. Нет ответа на вопрос, как будут решаться вопросы соотношения бюджетного и небюджетного финансирования образования. Нет ответа на вопрос, как будет устроена система отношений собственности в системе образования, и как она будет меняться. Нет ответов на вопросы о том, как будет устроена система оплаты труда по категориям работников и так далее. Кстати, в нашей резолюции тоже многие из этих вопросов не отмечены.

Этот документ, на самом деле, неслучаен и он написан очень правильно. Он написан так, чтобы создать видимость того, что всё хорошо. Без очень тщательного, внимательного экспертного изучения и копания во всех подноготных и понимания контекста, понять, что этот документ направлен на продолжение всего того же, что делалось с образованием, без каких-либо подвижек, с некоторым увеличением доходов, если цены на нефть останутся такими же и всё будет хорошо в экономике, вот для того, чтобы понять – это надо его перелопатить, очень сложно. 90 процентов общественности образовательной, квалифицируемых людей этого не поймёт не потому, что они глупые, а, потому что специально так написано, чтобы не поняли. Вот это главный недостаток этого документа.

В нём всё явное делается тайным, и написано очень много красивых слов. Поэтому одна из наших задач, в том числе моя личная: как можно чаще, как можно больше всем, не стесняясь, об этом говорить. Мы уже напуганы до посинения, хотя ещё ничего в стране не произошло. Но пока ещё никого не укусили, не ударили, не убили и не уволили. От нас зависит: будем мы стучать по деревяшке или мы будем обо всём этом говорить открыто всем, кому можно.

Поверьте, сейчас слушают. Тех, кто говорит смело, приглашают говорить, в том числе и журналисты, потому что им любопытно, «жареное» интересно. И не бойтесь сами себя, по крайней мере. Ещё ничего страшного не произошло.

Смолин О.Н. Я не против приоритетов. Я говорил о том, что нельзя приоритеты выделять путём деления тех же недостающих денег, которые есть. Россия может позволить себе вбросить дополнительные средства, чтобы выделить приоритеты.

Что касается того, определён или не определён курс нашего дальнейшего развития, комментировать не буду, только приведу две цифры. Только что объявлено, что будет увеличена необлагаемая налогом база на каждого ребёнка: с 600 до 800 рублей. Поскольку налог 13 процентов, каждая семья на каждого ребёнка выиграет 26 рублей – 13 процентов от 200 рублей. Одновременно объявлено, что нефтяные компании получат налоговые каникулы, причём все, независимо от того, подо льдом Северного Ледовитого океана или в другом месте они будут осваивать новое месторождение? Минимум, до 7 лет, может быть, даже до 11 лет. Вот и судите сами, кто выиграет больше.

Абрамов А.М. , член-корреспондент Российской академии образования

Думаю, что в основе всей этой затеи заложена гигантская методологическая ошибка.

С одной стороны, замечательно совершенно (это давно пора было сделать), что после 20 лет дрейфа без руля и ветрил, когда перед обществом и государством не было никаких целей, ставится цель. Сама по себе идея описания перспективы какими-то ясными горизонтами, которые в 2020 году можно проверить – это мобилизующее дело, потому что ясно, чем заниматься.

Но беда заключается в том, что это нужно делать очень грамотно. Моя гипотеза заключается в том, что Советский Союз, в частности, развалился, потому что в 1961 году была принята программа, в которой были написаны ясные обязательства: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме.

Когда это не выполнено, когда утрачивается вера, когда люди видят, что их обманули, никто из 20-миллионной партии коммунистов, в частности, не бросился на защиту идеи в 1991 году. В данном случае в ситуации можно провести параллели. Говорится: нынешнее поколение российских людей будет жить при развитом капитализме. При этом обозначены первые контуры программы, это было более-менее понятно, возможно, просчитаны какие-то амбициозные проекты, возможно, что-то стоит за нанотехнологиями, до 5 процентов дохода. Вполне ясные ориентиры. Это правильно, нужно брать точные обязательства.

Но дальше перестаю что-либо понимать в этой логике. Потому что разница между Россией-2008 и Россией-2020 по потенциалу, по всему гигантская. Первое условие, которое за этим стоит и которое должно быть ясно описано и обосновано в программе: каким образом будет осуществлена та гигантская работа и как будет увеличена доля общественного труда и повышенного качества, для того чтобы этих результатов достигнуть.

Отсюда вытекает, что, если это всё оценено правильно, то главная задача при реализации этой программы – вопрос, как было при Иосифе Виссарионовиче, «кадры решают всё». Кто это будет делать? Откуда возьмутся эти люди? Сколько нужно людей такой-то профессии, такого-то уровня подготовки, такого-то уровня культуры, с такими-то качествами, и так далее. Совсем немаловажный вопрос, потому что программа может быть реализована только в том случае, если после её обнародования, все повскачут со своих мест, прибегут в разные соответствующие инстанции и будут судорожно спрашивать: что я могу сделать, как мне участвовать в этой общенародной работе?

Следовательно, должна быть продумана и соответствующая система стимулов, что люди должны видеть в своей перспективе. В частности, должна быть ясно обозначена перспектива и повышения образовательного ценза, и профессионального роста, и кадрового, и материального. Эта бумага меня совершенно потрясла, потому что средства, тем более инструментальные, должны вытекать из нескольких немногих целей. Общество должно в это поверить. Не говоря уже о том, что это всё нужно вычислять, оценивать эффективность всех.

Поэтому совершенно убеждён в том, что перед этой программой (и здесь пример программы партии о построении коммунизма не столь плох), нужно сначала ясно обозначить, что хотим сделать, чтобы общество себя увидело.

То есть должен быть короткий документ, который описывает методологию и который действительно позволяет понять, что дальше. Всё остальное развивать на другом уровне. Вот эта бумага (Программа-2020) должна появиться на третьем, может быть, четвёртом уровне. А вырывать образование из контекста всей программы категорически нельзя, это узловой вопрос. Но тогда, одновременно предлагая решение, нельзя не называть те болевые точки, совершенно безумные, которые сегодня имеются:

- кадровая деградация;

- разваливающееся содержание образования;

- болтовня про стандарты второго поколения и полный позор при их исполнении;

- история с ЕГЭ, который душит школу, вместо того чтобы повышать качество образования;

- полное социальное неравенство в образовании;

- позорная высшая школа, которая превратилась в рынок дипломов.

Но тогда нужно было бы, исходя из этих проблем, предлагать какие-то решения. Ничего подобного, кроме воинствующего экономизма, как это всегда было в последнее время, в документе нет. В этой связи вспоминаю старый анекдот «синдром цыгана»: цыган выходит из шатра, телега, под телегой дети в грязи копошатся. Он чешет затылок и говорит: «Что делать? Этих мыть или новых делать?»

Я думаю, что новых делать, но очень плохой признак в том, что, к сожалению, пока видения такого нет.

Смолин О.Н. Я отказываюсь от заключительного слова, вместо этого проведём элементарное, не вполне научное, небольшое исследование общественного мнения.

Прошу поднять руки тех, кто нашёл в правительственном документе ответ хотя бы на один из вопросов, которые он считает самыми главными для системы образования. Сколько человек? Три человека. Четыре человека.

Теперь прошу поднять руки тех, кто нашёл в этом документе самих себя или те группы людей, для которых он работает: ребёнка, студента, учителя, учащегося ПТУ, человека третьего возраста, как сейчас модно говорить, родителя? Кто нашёл в этом документе подробно или достаточно, на ваш взгляд, прописанного субъекта образовательного процесса, хотя бы одного? Тогда у меня заключительный вопрос. Кто согласен с тем, что этот документ нельзя принимать в таком виде, и что он подлежит коренной переработке? Понятно.

Уважаемые коллеги, вы избавили меня от необходимости заключительного слова. Именно эту, вашу точку зрения мы постараемся довести до Правительства Российской Федерации.

Документ PDF

Полный текст стенограммы.

Загрузить • 434 Кб