Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяНа злобу дня — без злобыСтенограммы публичных выступленийДети как жертва «второй русской революции»: ситуация и пути выхода

Дети как жертва «второй русской революции»: ситуация и пути выхода

. Москва. Здание университета Российской академии образования

Круглый стол «Основы здоровой жизни: социально-педагогическая поддержка детей и семей группы риска», организованный журналом «Культура здоровой жизни».

Смолин О.Н. Уважаемые коллеги, прежде всего, хотел бы поблагодарить инициаторов организации сегодняшнего «круглого стола»: коллектив журнала «Культура здоровой жизни», министра образования правительства Московской области Лидию Николаевну Антонову, которая предложила нам эту тему, Российскую Академию Образования и университет Российской Академии Образования за то, что мы сегодня проводим такое важное мероприятие.

Как действующему уже больше 15 лет законодателю мне интересно, какие шаги можно было бы предпринять для того, чтобы приблизиться к решению столь важных проблем, как проблемы социально-педагогической поддержки детей и семей группы риска.

Почему так произошло? Почему для современной России эти проблемы не просто актуальны, а на порядок острее, чем, к примеру, в Скандинавии или какой-нибудь другой европейской стране?

Недавно президент России заявил, что крушение Советского Союза было крупнейшей геополитической катастрофой. Это чистая правда. Но еще не вся, поскольку постсоветский период – период множественных катастроф, включая геополитическую, социальную, социально-нравственную, социально-демографическую.

Позвольте привести несколько фактов, которые характеризуют сложившуюся ситуацию. Если говорить о социальной катастрофе, то только в 1985 – 1995 гг. в России средняя заработная плата снизилась более чем в три раза, средняя пенсия более чем в два с половиной раза. По покупательной способности на товары первой необходимости за последние 15 лет в России детское пособие упало более чем в десять раз. Расчетная стипендия студента вуза - примерно в три раза, расчетная стипендия студента среднего специального учебного заведения (ссуз) - в семь раз, уже с учетом повышения текущего года, учащегося ПТУ - в десять раз, зарплата начинающего учителя - почти в три раза и т. д. До 30 миллионов детей живут в семьях, имеющих доход ниже официально установленного уровня бедности. Бедных в России, по официальным данным, 20%, но в адресной помощи, даже по оценкам экспертам Минэкономразвития РФ, нуждается, примерно, каждая вторая семья. Прожиточный минимум в России предельно занижен. Кто-то говорит, что он рассчитан по блокадным нормам, кто-то говорит, что по нормам каких-нибудь гитлеровских концлагерей. На самом деле этот минимум рассчитан по нормам, которые выработала ООН для развивающихся стран Азии и Африки. С той лишь разницей, что климат в России несколько другой.

Что касается катастрофы социально-нравственной, то также позволю себе привести некоторые параметры. Например, по официальным данным, в России потребляют наркотики в немедицинских целях более 3,5 миллиона человек. По данным доклада министерства образования, среди молодежи в возрасте 12 – 22 лет не менее 5 миллионов человек знают вкус наркотиков, хотя большинство из них пока не наркоманы. Что касается потребления алкоголя в стране, то оно составляет до 18 литров в год.

Сейчас в стране показатели индекса развития человеческого потенциала оцениваются ниже, чем экономические показатели. Если, скажем, по уровню ВВП на душу населения мы находимся в седьмом десятке стран, по уровню жизни занимаем 102-е место, по средней продолжительности жизни женщины – 108-е, мужчин – 128-е место, а по агрегированным показателям качества жизни – 145-е.

Другая характеристика, которую нельзя забывать, когда мы говорим о группах риска, – это, так называемая, аномия. Этот термин Эмиля Дюркгейма означает разрушение привычной системы норм и ценностей. Любая революция пытается разрушить прежнюю систему норм и ценностей, а новейшая российская революция пыталась осуществить разрыв с ценностями не только советской, но и более глубокой российской цивилизации.

Результат достаточно хорошо известен. Из опрошенных социологами под руководством экс-министра Е. Ткаченко 42 тысяч человек (учащиеся старших классов, ПТУ и ссузов России) 31% утверждают, что хотели бы родиться и жить не в России, а более 21% затруднились с ответом на этот вопрос. Итого, более половины старшеклассников не уверены, что хотели бы быть гражданами России. Мы прекрасно понимаем, что если у человека нет твердой системы жизненных ценностей, то этот человек автоматически относится к группе риска.

Необходимо двигаться в направлении социального государства, что, кстати, записано в Конституции и наращивать индекс развития человеческого потенциала. Это нужно делать не только из гуманистических соображений, но даже из соображений экономических. Если говорить более определенно, я бы выделил, как минимум, четыре основных направления.

Позиция первая – финансирование. Глубоко убежден в том, что пока природа, Господь Бог, экономическая конъюнктура дарят нам благоприятную финансовую ситуацию, вместо того чтобы – извините за резкость – гноить эти средства в Стабилизационном фонде, их следовало бы вложить в развитие человека. Это самый, по большому счету, выгодный способ вложения средств.

Позиция вторая – ограничение социального неравенства и активная социальная политика. Существует определенная система показателей безопасности общества, связанная, среди прочего, и с уровнем социального неравенства. Эксперты расходятся, каким должен быть коэффициент предельно допустимого уровня различия в доходах 10% самых богатых к 10% самых бедных. Кто-то говорит – в 8 раз, кто-то – в 13. В России расслоение достигло уже 15 раз. Ограничение социального неравенства – это путь к стабильности общества, к стабильности существования семей и сокращению числа семей группы риска.

Позиция третья, имеющая еще более прямое отношение к нашей теме – это, конечно, педагогический контроль средств массовой информации.

Я поддерживаю добрые личные отношения с Сергеем Петровичем Капицей, человеком, которого вряд ли можно заподозрить в каких-то ультраконсервативных взглядах, человеком, который объездил мир. На вопрос, что он считает самой главной опасностью для современной России и будущих поколений, отвечает однозначно – телевидение. Поэтому необходимо осуществлять педагогический контроль, прежде всего в электронных СМИ.

Надеюсь, вы понимаете: как представитель политической оппозиции, я противник политической цензуры в СМИ. Но больше меня тревожит другое: то, что в России в открытый эфир выпускают такие передачи, которые на Западе идут в лучшем случае по кабельным сетям. В Государственной Думе было много предложений по ограничению всякого рода безнравственности в электронных СМИ, но каждый раз инициативы неизменно блокировались правительством и думским большинством. Я считаю, что очень важно, чтобы не только школа сеяла разумное, доброе, вечное... Мы живем в информационном обществе, а это значит, что без поддержки электронных СМИ развивать человеческий потенциал практически невозможно.

И четвертое направление – это, собственно, социальная педагогическая работа. Раз мы оказались в таком положении, нужно стремиться (не факт, что это получится), с помощью усилий педагогического сообщества сократить число семей и детей группы риска. Я говорю о создании банка данных по неблагополучным семьям, о постоянном патронировании этих семей (профессиональном и общественном), о развитии движения приемных семей.

В Омске есть замечательная родительская организация «Гавань надежды», в которой объединились приемные семьи. И что они теперь имеют? Они имеют дилемму: либо превращайся в детский дом семейного типа – официальное учреждение, чего они не хотят; либо оставайся приемной семьей, но тогда родителям не идет необходимый трудовой стаж, и они оказываются ущемленными в социальных правах по сравнению со всеми другими педагогическими работниками. Все наши попытки решить эту проблему (мы подключили Любовь Константиновну Слиску, она нам активно помогала, вплоть до обращения к президенту) закончились на данный момент неудачей, потому что чиновники утверждают, что не может быть приемной семьи, родителям которой были бы даны все необходимые социальные гарантии и права педагогов. Невольно вспоминается известное выражение ХVШ века: для того, чтобы поступать нравственно, нужно знать очень многое, но для того, чтобы со знанием дела творить зло, нужно, как следует изучить право. Вот эти юристы право изучили, что называется, как следует.

Уважаемые коллеги, уверен: проблема семей и детей группы риска – это одна из ключевых проблем России, потому что, по моему глубочайшему убеждению, нам в России нет необходимости долго и трудно искать особую национальную идею. Думаю, что наша национальная идея у нас перед глазами. Учитывая, что в России с каждым годом становится примерно на 800 тысяч меньше граждан, нашей национальной идеей должны стать наши дети и наша молодежь. Как только политическая элита страны это осознает, у нас все встанет на место.