Смолин Олег Николаевич
СВОБОДА – СПРАВЕДЛИВОСТЬ – ТРУД – КУЛЬТУРА
  • депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке;
  • доктор философских наук, академик РАО;
  • председатель Общероссийского общественного движения «Образование – для всех»;
  • вице-президент Паралимпийского комитета России;
  • вице-президент Всероссийского общества слепых.
ГОСДУМА I–VI СОЗЫВА (1999–2016 гг)
ГлавнаяГосдума: сцена и кулисыВыступления в государственной думе пятого созываО проекте федерального закона \"о внесений изменений в статьи 15, 16 и 28 закона российской федерации \"об образовании\" и статьи 11 и 24 федерал

О проекте федерального закона "О внесений изменений в статьи 15, 16 и 28 Закона Российской Федерации "Об образовании" и статьи 11 и 24 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании". 1-е чтение.

Смолин О.Н. Уважаемые коллеги! Мы продолжаем рассмотрение одного из самых острых, чтобы не сказать самых скандальных вопросов российской образовательной политики. С вашего позволения, я начну с цитаты: "Я всегда был против ЕГЭ. ЕГЭ – это диверсия иностранной державы против нашей системы образования". Угадайте, уважаемые коллеги, кому принадлежат эти слова? Возможно, вы думаете, что Александру Проханову или Геннадию Зюганову. И ошибаетесь. Они принадлежат Юрию Лужкову, одному из лидеров правящей партии.

Я не убеждён насчёт конспирологии, не знаю, является ли это преднамеренной диверсией иностранной державы, но по своим последствиям единый государственный экзамен – это действительно вполне вещь, подходящая под то самое определение, которое ей дал Юрий Михайлович Лужков.

А теперь, уважаемые коллеги, я процитирую вам одного известного американского режиссёра, который оценивает качество американской системы образования, которая, как вы знаете, во многом базируется на ЕГЭ. Цитирую: "Большинство американских газет десятки лет поддерживало республиканскую партию, партию, выступающую за сокращение расходов на образование, а, значит, за то, чтобы американцы превращались в нацию идиотов, которыми легко управлять. И надо сказать, ей это блистательно удалось: у нас сейчас 40 миллионов неграмотных. Если вы сокращаете расходы на образование и выращиваете детей – дебилов, не удивляйтесь (полупристойные вещи я пропускаю из этой цитаты), что, когда они вырастают, они не читают ваших газет, ведь они не умеют читать..." и далее по тексту.

Уважаемые коллеги, а теперь подумайте, есть ли ещё событие в российской образовательной политике, во имя которого было бы создано две верховные комиссии? В прошлом году была создана сначала комиссия при Председателе Совета Федерации Сергее Михайловиче Миронове, и мы знаем её доклад. Кстати, согласно этому докладу, вред от ЕГЭ намного превышает его пользу. А вторая комиссия была создана при Президенте Российской Федерации, я член обеих этих комиссий. Выводы комиссий расходятся: президентская комиссия изначально обсуждала вопрос о том, как слегка улучшить существующую систему ЕГЭ, и на президентской комиссии я позволил себе напомнить цитату из любимого мной английского писателя Олдоса Хаксли, которая формулируется так: "Цель обезьяной задана, лишь средство – человеком". Вот я приглашаю вас поразмышлять не о средствах, а о целях, уважаемые коллеги.

Я вынужден вам напомнить ещё одну цитату из президента, который сказал, что с передовых позиций в образовании мы уже откатились, и чем больше ЕГЭ, тем откатываемся больше. Сомневаетесь, коллеги? Я вам напомню, что в советский период мы входили в тройку наиболее образованных поколений своего времени.

Согласно предпоследнему докладу о человеческом потенциале, не мною написанному, а подготовленному Организацией Объединённых Наций, мы были 26-ми, согласно последнему, – 41-ми.

Что касается системы оценок, известной, как "Пиза", то мы там находимся в третьей и худшей группе вместе с Соединёнными Штатами Америки, если это кого-то может успокоить.

По социологическим опросам, более или менее довольны образованием 38 процентов граждан, недовольны – 49 процентов. Это недавний опрос ВЦИОМ.

Если вы обратитесь к опросу "Левада-центра", вы увидите следующее. С каждым годом уменьшается число людей, которые думают, что сейчас учат лучше, чем раньше и увеличивается число людей, которые думают, что раньше учили лучше. По последним данным, 18 процентов думают, что лучше учат сейчас, а 43 – что лучше учили раньше, когда ЕГЭ, как известно, не было.

Ещё раз напомню, что сериал "Школа", вокруг которого активно ведутся дискуссии, это всего лишь воспоминание о будущем. Это то, что будет с нашей системой образования, если будем делать то же самое, что делаем в настоящее время.

Но ключевой вопрос, уважаемые коллеги, на который бы я хотел получить ответ, заключается в следующем. Если Юрий Михайлович всё-таки прав и это диверсия иностранной державы против российского образования, почему же её поддерживают, как раньше бы сказали, партия и правительство? Почему, несмотря на очевидные провалы, на создание двух комиссий, история эта продолжается?

Кстати, депутаты Мельников и Смолин подготовили Особое мнение по результатам работы президентской комиссии, которые мы готовы представить всем желающим.

Суть моего законопроекта, до которого мы, наконец, дошли, состоит в двух сюжетах.

Первый сюжет очень прост. Исходя из того, что, чем меньше в России будет ЕГЭ, тем лучше для нашего образования, мы предлагаем сделать единый государственный экзамен добровольным.

Мы понимаем, какие аргументы против этого предложения будут сегодня выслушаны здесь, в этом зале.

Во-первых, нам наверняка расскажут про то, что был проведён широкомасштабный эксперимент по введению единого государственного экзамена. Коллеги, действительно эксперимент был широкомасштабным, за что получил наименование "ширмаш". И действительно, отработка так называемых КИМов или контрольно-измерительных материалов, проводилась с привлечением значительного числа образовательных и научных организаций.

Однако я лично знаю людей, которые отказались участвовать в этой отработке, поскольку считали, что, например, тестовая система по литературе или истории прямо вредит образованию и воспитанию наших людей. Но я хотел бы заметить, что эксперимент, который проводился с 2001 года в Российской Федерации по ЕГЭ, имел, как минимум, два коренных порока.

Во-первых, этот эксперимент не отвечал требованию чистоты эксперимента. Представьте себе, уважаемые коллеги, что физики проводили эксперимент, они измеряли скорость света. И те, кто утверждал, что скорость света не равна 300 тысячам километров в секунду, получали оборудование, деньги и почёт. А те, кто утверждал, что это 300 тысяч километров в секунду, ничего этого не получали. Представьте себе, какой был бы результат эксперимента. Я думаю, легко бы доказали, что скорость света, ну скажем, 50 тысяч километров в секунду. Но именно таким был эксперимент по единому государственному экзамену.

Кроме того, уважаемые коллеги, несмотря на многочисленные рекомендации парламентских слушаний, начиная с 2002 года, а я был участником этих слушаний, так ни разу до комиссии Миронова не была создана независимая комиссия для подведения итогов эксперимента. Итоги эксперимента подводили те же, кто его проводил. Другими словами, пo известной формуле Жванецкого: "Отзывы на нашу передачу пишем мы сами, так что не волнуйтесь, ваше мнение нам известно".

И вот итоги эксперимента, которые подвёл 2009-й год. Да, уважаемые коллеги, действительно подтвердилась гипотеза о том, что для многих ребят уменьшится число экзаменов, и часть ребят этому рады. Да, действительно подтвердилась идея о том, что несколько увеличилась так называемая академическая мобильность в территориальном плане. То есть другими словами, несколько увеличилось число ребят из провинции, которые поступают в столичные вузы. Правда, в провинции к этому относятся по-разному. Мы можем спорить о том, что важнее: свобода личности или государственные интересы, но в городе Новосибирске, в Томске и других городах с беспокойством говорили о том, что происходит выхолащивание интеллектуального потенциала, в частности, сибирских и дальневосточных городов.

Вместе с тем, уважаемые коллеги, гораздо больше идей насчёт единого государственного экзамена не подтвердились. В частности, полностью провалена любимая идея авторов этого эксперимента о том, что ЕГЭ покончит с коррупцией. Никаких оснований утверждать, что это произошло, не существует.

Я хотел бы напомнить вам, уважаемые коллеги, что есть официальные данные правоохранительных органов, в которых только в вузах, где действительно коррупция затруднённой оказалась, было выявлено порядка двух тысяч дел коррупционного свойства. Но самое главное не в этом. Если прежде коррупция касалась отдельных наиболее престижных вузов, то теперь она перешла на уровень приёмных пунктов единого государственного экзамена.

Я напоминаю вам известную публикацию по поводу ситуаций в Дагестане. Я не хочу никакую республику обидеть, наоборот, я полагаю, что правы люди из Дагестана, написавшие мне письмо, что если бы много детей осталось без аттестатов, они вынуждены были бы идти в лес, но, согласно "Газете.ру", соответственно около половины всех ребят сдавали экзамен при помощи своих преподавателей. Я думаю, что это просто случайный факт, что попался журналист там, именно в Дагестане, можно найти и другие такого рода примеры.

Повторяю, нет никаких оснований утверждать, что ЕГЭ победил коррупцию. Напротив, есть основания полагать, что он её просто-напросто переместил. Точно также нет никаких оснований полагать, что ЕГЭ сократил перегрузки. На деле стрессы выросли. И уже известны случаи, озвученные нашими средствами массовой информации, когда он приводит к суицидам, к самоубийствам наших детей.

Кроме того, многие из наших коллег полагали, что ЕГЭ – это соответствие международным стандартам. Уважаемые коллеги, про Соединённые Штаты я, с вашего позволения, скажу чуть-чуть позднее. А пока хочу вам заметить, что в последнее время единый государственный экзамен был отменён в Северной Ирландии и Уэльсе. Бурные дискуссии по этому поводу проводятся в Южной Корее – одном из лидеров образования всего мира. И вообще в западных странах наиболее продвинутые университеты принимают ЕГЭ лишь в той степени, в которой они считают это справедливым.

Зато, уважаемые коллеги, полностью подтвердились предчувствия, предсказания тех, кто говорил о том, что ЕГЭ принесёт колоссальный вред нашей системе образования. В чём заключается этот вред?

Первое. Происходит формализация процесса обучения, которая резко снижает творческую и воспитательную направленность всего образовательного процесса.

Даже учителя – сторонники ЕГЭ признают, что они вынуждены вместо предметов заниматься дрессировкой. Что они вынуждены делить уроки на два типа: на одних они дают новый материал, на других они занимаются подготовкой к ЕГЭ.

А если учесть, уважаемые коллеги, что Россия не вышла из духовно-нравственной катастрофы, и, по опросам, 55 процентов нашей молодёжи готовы приступить все 10 заповедей и все моральные нормы ради успеха, то единый государственный экзамен, безусловно, вносит свой вклад в наращивание этой самой катастрофы.

Кроме того, уважаемые коллеги, хотел бы заметить, что происходит явная депрофессионализация образовательного процесса. Ну, в частности, раньше люди ориентировались на конкретную специальность. Теперь они подают документы в самые разные вузы, по выражению одного известного ректора "пытаются получить специальности от археолога до гинеколога". С другой стороны, педагогические, сельскохозяйственные и многие инженерные вузы испытали значительные проблемы с набором в текущем году. Но это одна линия.

Второй сюжет нашего законопроекта заключается в том, чтобы исключить из системы единого государственного экзамена историю, литературу и обществознание. То есть, те предметы, которые хуже всего поддаются формализации и для которых наиболее важна воспитательная функция.

В настоящее время мы очень серьёзно обсуждаем вопрос о том, как нам вернуть духовно-нравственное воспитание в школу и не только в школу. Принимаются специальные концепции, коллеги. Но при этом из содержания такого предмета, как литература, а это есть, по выражению моей любимой учительницы, "не учебный предмет, а воспитание души", исключается всё духовно-нравственное содержание, остаются одни художественные особенности.

На ЕГЭ несчастных детей спрашивают: "Как звали лошадь Вронского? Какого цвета были глаза у Татьяны Лариной?". Или, в лучшем случае: "Какой художественный прием применил Сергей Есенин в стихотворении "Отговорила роща золотая" в такой-то строчке?

Абсолютно уверен, что если бы, не дай Бог, таким образом учили Александра Сергеевича Пушкина, то он наверняка не стал бы поэтом. А Гаврила Державин так и не проснулся бы на известном экзамене, где Пушкин читал свои стихи. Вместо этого Пушкин бы рассказывал о художественных особенностях стихов самого Державина.

Уважаемые коллеги, я хотел бы вам напомнить, что, несмотря на построенную в Российской Федерации вертикаль власти, наш законопроект поддержан большинством субъектов Российской Федерации, даже среди представителей исполнительной власти 30 – за, 24 – против. Что касается законодательных собраний, то 35 – за и 5 – против. Согласитесь, это небывалый результат, говорящий о том, что в регионах понимают, почём фунт лиха, связанного с ЕГЭ.

Я хотел бы также напомнить вам, уважаемые коллеги, результаты социологических опросов. Если обязательный ЕГЭ поддерживают в России 11 процентов населения, то добровольный ЕГЭ – 54 процента, а среди людей с высшим образованием согласны только с добровольным ЕГЭ 70 процентов. Я понимаю, что окажусь в меньшинстве в этом зале, но зато я в большинстве в стране.

Я уверен, что дальнейшая наша работа будет связана с тем, что сфера ЕГЭ будет сокращаться, а сфера других способов оценки знаний увеличиваться.

Я прошу вас поддержать наш законопроект. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Олег Николаевич. Присаживайтесь, пожалуйста.

Содоклад заместителя председателя Комитета по образованию Гаджимета Керимовича Сафаралиева. Пожалуйста.

Сафаралиев Г.К., член фракции "Единая Россия". Уважаемые коллеги, после тех страшилок, которые здесь рассказали, даже боязно было выходить на трибуну.

Всё у нас плохо, тем не менее факты, которые приводил Олег Николаевич, не совсем в некоторых случаях, а в некоторых случаях совсем не соответствуют действительности.

Ну, а теперь перейдём конкретно к закону. Так вот авторы законопроекта предлагают внести следующие изменения в действующий закон в области образования.

Во-первых, предоставить выпускнику право выбора формы государственной итоговой аттестации: единый государственный экзамен или традиционная форма устных или письменных испытаний.

Во-вторых, не проводить единый государственный экзамен по предметам: литература, история и предметам образовательной области обществознания.

В-третьих, сделать правом абитуриента использование результатов единого государственного экзамена при поступлении в образовательные учреждения среднего и высшего профессионального образования, но не обязательным требованием в условии конкурса.

И, в-четвёртых, вузам, перечень которых устанавливается Правительством Российской Федерации, предоставить право при проведении конкурса учитывать по предметам профильной направленности исключительно результаты вступительных испытаний.

Мы обсуждали в общем-то этот закон. Комитет считает, что данные предложения направлены на существенные изменения действующей системы государственного контроля качества знания.

По существу речь идет о создании альтернативной итоговой аттестации и приема в образовательные учреждения высшего и среднего профессионального образования, тем более после того, как был принят этот самый закон о едином государственном экзамене.

Необходимо подчеркнуть, что комиссия по совершенствованию проведения единого государственного экзамена, образованная 14 октября 2009 года по поручению Президента Российской Федерации, после подробного обсуждения проблем проведения ЕГЭ, и того, что рассказывал Олег Николаевич в своем выступлении, в своем докладе, опубликованном 22 декабря 2009 года, отметила предложения, которые не были поддержаны большинством участников комиссии, в том числе это добровольная сдача ЕГЭ, отмена обязательности ЕГЭ при поступлении в учреждения среднего профессионального образования, замена ЕГЭ по литературе сочинением, а по истории устным экзаменом.

Эта позиция комиссии полностью совпадает с позицией комитета по образованию, которая, значит, изложена в соответствующем заключении, принятом комитетом.

Что касается, значит, Правительство Российской Федерации в своем официальном отзыве тоже не поддерживает законопроект, высказывает целый ряд конкретных замечаний, как по концепции, так и по тексту законопроекта.

На основании вышеизложенного, комитет предлагает Государственной Думе отклонить представленный законопроект. А что касается субъектов Федерации, вот у меня тоже есть данные здесь, значит, органы законодательной власти, органы исполнительной, если говорить конкретно по субъектам, за – 10 субъектов, против – 4. А отдельно, кто законодательное, кто, значит, исполнительные власти, кто за, кто против, они в отдельности прислали то, что говорил как раз Олег Николаевич. Ну там, значит, законодательные и исполнительные органы власти: 25 – за, 21 – против. Но не совпадает с органами, значит, законодательной власти.

Поэтому говорить о том, что всенародно поддерживается, это не соответствует действительности. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Гаджимет Керимович.

Уважаемые депутаты, есть ли вопросы? Итак, уважаемые депутаты, давайте запишемся, потому что много-много рук поднято. Пожалуйста, включите запись на вопросы. Покажите, пожалуйста, запись.

Пожалуйста, депутат Кашин. Борис Сергеевич, ваш вопрос.

Кашин Б.С. Гаджимет Керимович, вот вы в своем выступлении сказали, что часть фактов, приведенных депутатом Смолиным в его докладе, не совсем соответствует, а часть совсем не соответствует действительности. Вот конкретно назовите, пожалуйста, хоть один факт, который не соответствует действительности.

Сафаралиев Г.К. Это мы можем конкретно поговорить по этим вопросам. Я всех фактов не помню здесь. А могу ответить конкретно, пожалуйста, давайте пусть произносит Олег Николаевич, я буду ему отвечать на конкретные вопросы.

Нет, дело в том, что, знаете как, я вам найду десятки организаций, которые проводят опросы населения по разным поводам и дают разные совершенно результаты, и говорить, ссылаться только на результаты, там Левада-центра или какого-то другого центра по опросу, ну это не совсем корректно.

Председательствующий. Спасибо. Депутат Рябов Николай Фёдорович, очень рада, что у вас имеется право задать вопрос. Пожалуйста, ваш вопрос.

Рябов Н.Ф. Спасибо, наконец-то, да. Хорошо. Гаджимет Керимович, я в том же ключе задаю, что и Кашин. Действительно, вы обвинили Олега Николаевича в том, что он много привёл примеров несоответствия действительности. Я вам тогда конкретно задам вопрос. Вы что, будете отрицать, что коррупция спустилась из высших учебных заведений в школы?

Второй момент. Что, вы будете отрицать, что абитуриент подаёт на все специальности института от "а" до "я" и даже в несколько институтов? И в институте не могут понять, на какую же специальность он собирается поступить? И после этого вы хотите получить специалиста? Спасибо.

Сафаралиев Г.К. Значит, дело в том, что действительно экзамен, он корректируется, совершенствуется. Вы знаете, что было постановление принято Министерством образования, в соответствии с которым внесены изменения в приёмные экзамены, в правила приёма экзаменов в этом году. Уже нет того огромного количества вузов. Да, здесь слишком демократично подошли, разрешив сдавать куда хочешь и на любую специальность. Сейчас ограничили, там, по-моему, не более пяти вузов, не более трёх специальностей. Это правильно, в общем-то, ну надо корректировать, надо исправлять.

Что касается коррупции, это очень такой сложный вопрос, что бороться с коррупцией, бороться, значит, с рядом других явлений, которые сопровождают человечество всю его жизнь, понимаете, очень сложно, а фактов таких, если есть конкретные факты.

Вот Олег Николаевич говорил про Дагестан, вот мой родной Дагестан. Так вот, когда он первый раз высказался по этому поводу, я выразил сожаление, и он как бы сказал: да, действительно, я поторопился, взяв данные из какой-то там, не знаю, из какого источника вы взяли, вы говорили, называли газету или что-то.

Я специально по этому поводу обратился в соответствующие органы в Дагестан, так вот там мало ли, кто пишет что в "Компромат.ру". Вы тут же говорите: Дагестан. Ну давайте назовём любой другой субъект, там, может быть, где-то что-то было, а, может быть, и не было. А вот так вот сказали и, слава Богу.

А что касается количества абитуриентов, которые приезжали и поступали в центральные вузы, это неправда, что многие, очень много было, даже вплоть до того, что ректора жаловались на огромное количество людей, которые поступают с регионов, проблема с общежитиями.

Что касается самой сдачи ЕГЭ, лучше стали или хуже стали, я постепенно вспоминаю, о чём говорил Олег Николаевич, лучше стали или хуже стали – это не задача ЕГЭ, это задача учителей в школе. А то, что надо приучать, надо привыкать к системе тестовой, это вполне нормальная во всём мире система. Если где-то отменили какой-то экзамен – это одно, во многих странах с четвёртого, пятого класса они имеют эти тестовые задания, они сами по ним готовятся, они сами сдают, даже пробуют, находясь в восьмом классе, сдавать за 10 класс, проверяя себя. И это вполне нормальная система.

Что мы привязались: тест – не тест? Тесты тоже совершенствуются. Первые тесты были отвратительные, когда эксперимент шёл, потом постепенно стали улучшаться. Да, не всё хорошо, но это не значит, что надо сразу отклонять всё по каким-то вот частным причинам.

Да, вам не нравится ЕГЭ, Олег Николаевич, с самого начала вам не нравилось. Ну что нам теперь всем делать, раз он вам не нравится? А многим другим нравится.

Драпеко Е.Г., член фракции "Справедливая Россия". Я проехала сейчас около восьми субъектов Федерации и встречалась с населением, учителями, учёными. И не кажется ли вам, что вот такое массовое сопротивление ЕГЭ вызвано объективными причинами? И представляется, что и такая поддержка со стороны субъектов Федерации, может быть, законодательных, может быть, там исполнительных властей, но достаточно крупная, это тоже говорит о том, что несовершенная система.

А насильственное её внедрение в российское общество сегодня представляется нам не столько вопросом образования, сколько вопросом политическим. Поэтому очень бы хотелось, чтобы вы прокомментировали. Если закон есть закреплённое общественное согласие, потому что если закон не согласован обществом, он не будет исполняться, то какие цели вы преследуете: сломать общество... (Микрофон отключён.)

Сафаралиев Г.К. Вы знаете, да, во-первых, это не предмет закона. Вот здесь подсказывают мне, что коллективизация тоже была насильственной. Вы знаете, да, много есть всяких моментов в жизни общества.

А что касается политических моментов, ну вы знаете, как и общество, и страна в целом должны развиваться. Если мы говорим о тех экзаменах, тоже учился в советской школе, в советском вузе. И говорить сейчас о том, что вот раньше всё было замечательно, а сейчас всё плохо, ну это неправильно. Это неправильно, потому что количество информации, которую получают сейчас ученики, и которую получали тогда, оно не соответствует действительности. Несравнимо, несравнимо больше получает информации сейчас пятиклассник на уровне 9-го, 10 класса по информации.

Поэтому говорить о том, что мы будем сдавать такими методами, другими – это одна из форм определения знаний и ничего в этом плохого нет.

И эта форма может быть не единственная. Может быть, со временем мы придём, оптимизируем её, придём к какому-то компромиссному соглашению. Но, в конце концов, надо проверять, надо идти дальше, а не останавливаться на том, что в 1612 году было хорошо, а сейчас вот плохо.

Поэтому я считаю, что сама форма ЕГЭ, она как бы то ни было, показала свою жизнеспособность. Постепенно мы привыкнем к этой форме, и я вас уверяю, мозги наших детей будут работать быстрее и лучше.

Локоть А.Е., член фракции КПРФ. Вчера мне пришлось участвовать в поездке в институт ядерных исследований. Это было мне очень приятно, потому что я тоже в своё время заканчивал физико-технический факультет. И так получилось, что вот с физиком мы разговаривали, как готовят специалистов и ещё раз вот этот опыт проходили. И опыт заключается не в сумме знаний и не в количестве. Человек, в конце концов, изобретший в своё время колесо, он был гениальным человеком. Дело не в том, сколько он знал, а дело в том, как он умел решать задачи.

Вот нас учили и сейчас готовят физиков именно таким образом: учат решать нестандартные задачи, находить решение.

С комитетом всё понятно, тут заданность определённая и дискутировать, мне кажется, бесполезно. Олег Николаевич, мне хотелось бы вас спросить: два года уже опыт есть применения ЕГЭ, какие результаты на сегодняшний день? Подвести кратко итоги.

Смолин О.Н. Спасибо. Уважаемый Анатолий Евгеньевич, я абсолютно разделяю точку зрения доклада, подготовленного комиссией при Председателе Совета Федерации Сергее Михайловиче Миронове о том, что эксперимент убедительно доказал: вреда от единого государственного экзамена на порядок больше, чем пользы. Я не отрицаю некоторой пользы, о которой уже говорил, и той возможности, которая для некоторых ребят открывается из провинции, поступать в столичные вузы, но я полагаю, что это несопоставимо с теми результатами, которые мы получили.

Пользуясь случаем, хочу напомнить уважаемому Гаджимету Керимовичу, и пусть он попробует это опровергнуть, что, например, по недавнему опросу, который провели наши социологические службы по сравнительной методике, сопоставимой с Европейским союзом, если в 90-х даже ещё годах уровень естественного математического образования у нас был выше, то теперь 33 процента наших граждан согласились с утверждением, что если радиоактивное молоко прокипятить, то радиоактивность исчезает. Оказывается, достаточно было чернобыльский реактор прокипятить, и никаких проблем бы не было. И вы после этого будете утверждать, что у детей стало намного больше информации? Информации – может быть, знаний и понимания, к сожалению, – значительно меньше. И это признают, повторяю, 43 процента всех опрошенных.

Да, вы можете привести другие данные, но обвинять меня в том, что я привожу неточные данные опросов общественного мнения, это, если очень мягко сказать, некорректно. Советую вам этого больше не делать, поскольку в следующий раз я буду отвечать более жёстко. Спасибо.

Дмитриева О.Г., первый заместитель руководителя фракции "Справедливая Россия". У меня вопрос к уважаемому Олегу Николаевичу.

Олег Николаевич, вообще министерство не давало на запросы ещё по прошлому году данные о дифференциации результатов по ЕГЭ по регионам. Есть ли у вас данные по этому году? Каковы результаты по регионам?

Например, как сдавали математику в разных регионах, как сдавали русский язык, результаты по ЕГЭ в разных регионах, физику? И, вообще, какие регионы у нас по ЕГЭ оказались самыми математически образованными, самыми хорошо пишущими по русскому языку? Есть ли у вас такая информация?

Смолин О.Н. Спасибо, уважаемая Оксана Генриховна.

Такие данные в принципе есть. К сожалению, у меня нет всех данных под рукой, поэтому то, что я скажу, говорю по памяти. Результаты ЕГЭ в региональном разрезе, как мы будем ещё говорить при обсуждении следующего законопроекта, убедительно показывают, что миф об объективности ЕГЭ именно в 2009 году полностью рухнул. Например, средние результаты по ЕГЭ в городе Москве – одиннадцатые по России. Впереди Москвы часть регионов и часть национальных республик.

Уважаемые коллеги, во избежание всяких кривотолков, я сам представлял пять раз в Государственной Думе российскую провинцию, я убеждённейший интернационалист, и я знаю, что у нас талантливейшие дети есть в провинции, но вы же понимаете, что в Москве лучше оборудование, выше заработная плата учителей, выше уровень доходов населения, а в среднем подготовить ребёнка к ЕГЭ, как мне говорили московские родители дружно, намного дороже, чем к обычному экзамену. Поэтому я не верю... не говоря уже о том, что владение русским языком, понятно, у человека, для которого он не родной, хуже, чем у человека, для которого он родной. Попробуйте сами на аварском, например, сдать ЕГЭ, я посмотрю, что у вас, кроме аварцев, получится. Я думаю, что ничего.

Поэтому, уважаемые коллеги, я убеждён, что результаты именно 2009 года показывают, что мучились-то напрасно, никаких объективных результатов ЕГЭ мы не получили. Мы получили результаты, которые говорят о том, что либо ЕГЭ – это неправильная шкала измерений, либо там есть факторы, которые не имеют отношения к уровню и качеству знаний, и которые сказываются прямо на результатах ЕГЭ, скажем так, мягко, включая ту же самую коррупцию.

Останина Н.А., член фракции КПРФ. Уважаемый Гаджимет Керимович, наверное, вы правы в оценке советского образования, когда вы сказали, что далеко не всё было хорошо, и сегодня мы убедились в этом по двум представителям советской образовательной школы. Блестящая профессиональная аргументация Смолина и его такая искромётная логика натолкнулись на ваши неуклюжие натянутые аргументы, которые почему-то вы представляли мнением меньшинства.

Но вопрос мой адресован Олегу Николаевичу. Олег Николаевич, как известно, было создано две комиссии: одна – президентская, а другая, так называемая, мироновская. А чем отличаются выводы этих комиссий, которые анализировали результаты ЕГЭ, в чём принципиальные отличия выводов одной и другой комиссии?

Смолин О.Н. Спасибо, уважаемая Нина Александровна, за вопрос. Я отчасти уже на него отвечал. Повторю его чуть более подробно.

Результаты комиссий диаметрально противоположны. Комиссия Миронова, в которую входили очень серьёзные люди, пришла, повторю, к выводу о том, что вред от ЕГЭ на порядок превышает пользу от него. В том числе, часть материала, который я сегодня вам озвучиваю, это мой материал, который вошёл и частично в доклад комиссии Миронова.

Что касается комиссии, созданной при президенте (кстати, обе комиссии создавались по нашей инициативе), то, на мой взгляд, перед ней была изначально поставлена очень узкая задача – не обсуждать вопрос о вреде и пользе ЕГЭ, а обсуждать вопрос о частичном совершенствовании процедуры ЕГЭ в рамках уже запущенного механизма.

Поэтому из того, что решила комиссия президентская (там тоже есть шаги вперёд), я назову вам, по крайней мере, два, с моей точки зрения, шага вперёд.

Первый шаг вперёд – это признание того, что дети, закончившие школу до 2009 года, те, кого не готовили к ЕГЭ, имеют право сдавать экзамен без ЕГЭ, в том числе на очное отделение.

И второе. Положение, согласно которому надо исследовать возможности устного приёма ЕГЭ, а с этим предложением мы тоже согласны, в том числе устного аудирования по иностранному языку. Как скоро мы увидим, и по русскому языку ЕГЭ тоже далёк от совершенства. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Олег Николаевич. Есть ли желающие, уважаемые депутаты, выступить по данному законопроекту? Есть.

У нас три депутата желающих: депутат Рябов, депутат Плетнёва и депутат Дмитриева. Других больше нет. Балыхин. Четыре человека.

Депутат Плетнёва, пожалуйста, ваше выступление, Тамара Васильевна.

Плетнева Т.В., член фракции КПРФ. Уважаемые коллеги, если так можно назвать пустой зал!

Я хотела бы несколько слов сказать женщинам, с которыми вчера так дебатировала на нашем парламентском телевидении, что если бы женщин было больше в Думе, то мы бы для детей голосовали бы все дружно. А я говорила, хоть женщины, хоть мужчины – всё зависит, в какой фракции сидит.

Вот и сегодня мы в этом убеждаемся. Говорим о детях наших, говорим о том, как их лучше учить, но, тем не менее, натыкаемся на стену. Говорим о приоритете образования, о нём говорит и президент, и мы все. Какой же приоритет, когда ставятся всегда вопросы социальные в пятницу после обеда, когда половина уедет, и в зале никого нет? Вот тогда всё уже давно решено, чего тут слушать и прочее. Хотя всем давно известно, что истина, она всегда рождается в споре. Слушать мы друг друга – не слушаем никогда. Хоть один бы раз кто-то кого-то убедил и изменили бы точку зрения – бесполезно.

Если бы сегодня вот здесь стоял не депутат Сафаралиев, а ректор Сафаралиев, я уверена, что он бы говорил совершенно иначе. Я с ним работала долго в Комитете по образованию. И тогда председатель был Мельников, и позиция была иная, он всегда поддерживал. И вдруг сегодня говорит Смолину какие-то оскорбительные вещи, тем более такому высокому профессионалу, как Смолин.

Вот мы говорили вам ведь всегда, что ИГО, его так называли (именное государственное обязательство), это приведёт к закрытию школ. Это подушевое финансирование. Убеждали, просили. Нет, всё нормально, это оптимизация процесса, всё качество лучше. Привели к тому, что сотни тысяч школ закрылись. Денег нет. Чисто политический вопрос, никакого тут нет ни реформирования нормального, ни оптимизации, ни улучшения качества.

Дальше. Говорили о том, что нельзя приватизировать учебное заведение. И долгое время нам удавалось это сдерживать. Сегодня об автономных учреждениях нам докладывала уже представитель Минфина. То есть там деньги. Я к ней подошла, и спросила Нестеренко: "Вы какой вуз заканчивали?" Она говорит: "Хабаровский". А я говорю: "Вот видите, провинциальный вуз подготовил такую умницу".

А сегодня мы с вами видим, каких мы выпускаем студентов, каких мы имеем сегодня молодых врачей, учителей. Плакать хочется, я не говорю уже об инженерах.

Говорили о том, зачем вы столько много открыли филиалов, где готовят экономистов и юристов? Куда вы их будете потом использовать? Они же не нужны столько в экономике. Говорили об этом, если включить наши стенограммы, и первую, и вторую, и третью Думу. Теперь заговорил президент. А зачем нам действительно столько? Теперь мы закрываем старые, проверенные, нормальные вузы. Теперь и такие уже не нужны.

Сколько нам нужно студентов разных профессий, кто подсчитал когда-нибудь? Нет, ничего этого тоже не делается. Говорим о выборах профессии детьми. Выбор профессии с детства делался, в школе над этим работали. Нет, ребята, пожалуйста, 10 вузов, ну, не 10 теперь, да, 10 много что-то там, давайте пять. Куда-нибудь да и воткнётесь.

Это же просто безобразие! Понимаете, это абсолютное неполучение знаний, это ребёнок, а чаще всего его родители, лишь бы получить какое- нибудь высшее образование. А какое оно будет, непонятно.

О качестве знаний. От чего оно зависит? Безусловно, оно зависит от способностей ребёнка, зависит от учителей очень много, зависит от условий, в которых работают, и зависит от методики, как с этими детьми работаем. Так вот, сегодня мы с вами имеем 25 человек наполняемость класса. Если 25 нет, то, значит, ты за классное руководство ничего не получишь. Вы понимаете, это безобразие! Отстаиваете, говорите так. А тот, кто считает про себя, что это не так, он голову опускает вниз и поднимает руки "за", "за", товарищи. Это же разве парламент? Это просто сердце никакого не надо иметь, чтобы вот так относиться к делу.

Давайте посмотрим следующий вопрос. Вид экзамена. Смотрите, мне пришлось побывать с Комитетом по образованию в Соединённых Штатах. Мы были на уроке. Тогда представитель "Яблока" ещё был. Он, профессор ленинградского университета, отстаивал, что это должна быть свобода – выбор экзамена и так далее. Пришли мы с ним на урок математики. Я ему говорю: иди сюда и смотри, что дети решают. Сумму углов треугольника решают в 10 классе.

И когда мы стали с ними, с учителями обсуждать, они говорят: "А какие вы нам вопросы задаёте? Мы всегда завидовали на вашу систему образования. Почему вы сегодня хотите перенять у нас это?".

Так вот, это ЕГЭ пресловутое – это как раз западный вариант, от которого сегодня многие пытаются отказаться. Потому что они не показывают ни качество знаний, ни коррупцию не уничтожают.

И я не согласна даже с Олегом Николаевичем, когда он говорит, что больше детей из провинции поступят. Может быть, по этому признаку больше. Но сколько сегодня стоит приехать сюда и как здесь жить, то ещё меньше будет. Это не показатель. Да мы и там разваливаем вузы, и сюда тоже устраиваем только денежных мешков, причём те, кто купили там экзамен, и тут.

Я недавно звоню своей приятельнице, она учитель математики. Как раз шли выпускные экзамены. Говорю: "Чем ты занимаешься?". Она говорит: "Дома сижу, решаю, по телефону передаю". Это абсолютно правда и точно. Результаты, о которых говорил Олег Николаевич, это они на самом деле выстраданы уже. Нужно это всё менять.

Теперь посмотрите. Мы говорили о том, как поступить в разные вузы. История и литература, искусство, живопись, спорт – это вообще предметы, нельзя говорить о ЕГЭ тут, ну, нельзя никак.

Ну, как я могу по истории принимать экзамен у ребёнка по ЕГЭ? Я не понимаю. Он, может, забыл дату, он, может, забыл название сражений, но он прекрасно мыслит логически – это главное. И у меня всегда даже ребята в школе троечники слабые, по другим предметам они всегда устно замечательно отвечали и поступали в вуз. Поэтому...

Фарида Исмагиловна, я знаю ваше мнение. Вы в своё время там тоже сидели, в этом самом КПСС, вот также диктовали, только обратное мне. А я там не была, я всегда имела свою точку зрения. Поэтому не мешайте мне, пожалуйста.

Так вот, я вам говорю, что не могут эти предметы пойти на ЕГЭ. Это просто, ну, я не знаю, кто это вообще придумал? Спросить сегодня Глебову, она много лет вообще в школе работала, она что может сказать сегодня вот так утвердительно о том, что этот экзамен – это самый лучший выход?

Поэтому предлагаются в этом законопроекте важные вещи, причём он очень демократичный. Хотите экзамен, пожалуйста. Не хотите, вы имеете право поступать на основаниях. Он же предусматривает. И предусматривает о том, что нужно убрать только устные предметы из ЕГЭ.

Нет, ничего не надо. Всё решено. Один говорит, что там уже указ вышел по этой теме, а второй говорит сегодня, что это неправильно. Хотя я и уверена, что вы все думаете так, как я. Но это вопрос, я ещё раз говорю, чисто политический, вот почему сегодня надо, чтобы в каждом Законодательном Собрании, как и в Государственной Думе был обязательно блокирующий пакет, чтобы не мешал никто и вперёд вёл нас дальше. Спасибо.

Рябов Н.Ф., член фракции КПРФ. Спасибо. Я Фариду Исмагиловну успокою, 10 минут использовать не буду, но продолжу мысль Тамары Васильевны.

Действительно, был у меня однажды такой разговор с одним из губернаторов, который являлся высокопоставленным политическим чиновником советского периода, когда он ломал под собой всех и вся и строил коммунизм, а когда случилось то, что случилось в 1991 году, и сейчас – строите вы таким же образом усердно капитализм, это вас не украшает.

Будьте всегда людьми и оставайтесь принципиальными во всех вопросах и чётко и ясно оценивайте, где вы находитесь, и правильно принимайте те знания, о которых мы говорим.

И плохо, когда мы говорим об информации, которую получают дети. Они действительно её много получают, возможно, излишнее количество информации получают, но не знания. И это трагедия современной России.

Когда ребёнок не знает, что такое и как произошла Великая Октябрьская революция, кто такой Владимир Ильич Ленин. И когда я в этом зале слышу, что коллективизация была насильственной, то, извините, это как раз у вас информация, а не знания. Вы тогда изучите эти вопросы, пожалуйста, и тогда поймёте, почему ЕГЭ не надо.

Почему ребенку не нужно информацию, а нужно давать знания в школе.

Мы говорим о развитии современной России, об инновационных технологиях, об умной так называемой экономике, о которой говорит президент, и готовим неучей.

Вы вдумайтесь только, когда абитуриент подает, значит, вот наш Нижегородский политехнический институт, там десятки специальностей, и когда я стал с ректором Владимиром Петровичем Киренко разговаривать в сентябре, говорю: Владимир Петрович, есть вопрос к тебе, надо бы подъехать, пообщаться. Он говорит: ради Бога, до конца сентября не приезжай, мы не можем понять, куда абитуриент желает поступить, ему всё равно. А что такое "всё равно"? Он не сформировал в своей голове понятий, что ему ближе, что роднее, к чему он вообще склонен, какую науку готов принять, какие знания получить. И вы сейчас доказываете, что ЕГЭ положительно... Да это действительно диверсия в нашем государстве.

И я вас всех призывают из "Единой России": хоть один раз в жизни проявить принципиальность, проголосуйте сейчас свободно, без давления вашей власти, я имею в виду партийной. Спасибо.

Дмитриева О.Г. Я тоже не буду долго говорить, насколько я понимаю, в этом зале остались только те, у кого потенциально возможно в вузы будут поступать либо дети, либо внуки, причем в общие вузы. А все остальные, ну наверное, будут учиться либо в двух оставшихся вузах, которым мы решили, что там должно быть хорошо, а везде, значит, в остальных местах может быть как угодно, либо, очевидно, не в нашей стране.

Ну вот я не знаю, будут ли знать теперь уже нынешние выпускники, которые будут учиться по ЕГЭ, доказательство от противного, может быть, они уже и не будут знать этого приема.

Ну так вот доказательство от противного. Мы недавно приняли закон по двум университетам, Московскому и Санкт-Петербургскому, мы хотели, чтобы в этих университетах было самое хорошее образование или самое плохое? Мы вроде считали, что в этих университетах должно быть самое хорошее образование. Поэтому в этих университетах, на них не распространяется ЕГЭ, на них не распространяется обязательность ЕГЭ и право дополнительных вступительных испытаний. На них не распространяется необходимость требования Болонского процесса, на них не распространялся целый ряд положений Бюджетного кодекса.

Значит, если мы хотим, чтобы образование было хорошее, то тогда поступление не по ЕГЭ, ну так, значит, получается, что страна, для страны достаточно два нормальных хороших вуза, а всё остальное, ну вот как получится. Это, в принципе, идеология страны сырьевой, отсталой, в которой главным образом нефть и газ и немножечко образования. Ни о какой модернизации, ни о каких инновациях не может идти речь, потому что инновация и модернизация, они требуют креатива, они требуют творческого мышления, они требуют изобретения чего-то нового, а ЕГЭ это всё подавляет на корню и видоизменяет учебный процесс.

Я не знаю, что думают депутаты от "Единой России". У меня ребёнок учится в 9-м классе очень хорошей московской школы. И там очень ответственные педагоги, ответственный директор, который понимает, что дети должны будут поступать по ЕГЭ, поэтому они вынуждены отказаться от целого ряда своих хороших методик и часть времени, огромную часть времени за счёт перегрузки детей посвятить натаскиванию на ЕГЭ. Ребенку каждую неделю даётся тест, который он должен выполнить в течение трёх часов, то есть дополнительно вот к этому заданию и так не по одному предмету. Вот такие вполне конкретные результаты.

Нет ничего хорошего, потому что в это время дети, если говорить о математике, они не решают сложные задачи, не решают задачи, которые развивают творческий подход. Их время тратится на выработку автоматических навыков, которые совершенно не нужны тем, кто будет заниматься инновацией, модернизацией, творческим подходом, разработкой чего-то нового. Это первое.

Второе. Ведь переход к ЕГЭ, опять же я говорю на примере конкретных хороших московских школ, это отказ фактически от среднего образования, когда человек получает среднее образование в области литературы, истории, биологии, географии, физики, химии, математики и ещё изучает иностранные языки, потому что всем детям говорят: вы должны к девятому классу выбрать те четыре предмета, которые вы будете сдавать в виде ЕГЭ. По ним мы вас будем готовить, и вы будете вот на таком уровне, чтобы вы хорошо сдали ЕГЭ. Всё остальное чисто номинально. Поэтому дети уже фактически не могут, даже те, кто потенциально прекрасно могут освоить школьную программу, они этим не занимаются.

В итоге, что мы получим? Это к вопросу об инженерах, о которых говорит наш президент. Уже сейчас, по 2009 году господин министр образования выяснил это уже по факту сдачи экзаменов, а мы с господином Шудеговым это говорили как попугаи в течение полугода, что будет недостаток абитуриентов для технических вузов, потому что ребята не будут выбирать ЕГЭ, где нужно сдавать физику, химию и технические предметы, потому что они сложные, они не будут их сдавать. В итоге технические вузы окажутся либо без абитуриентов, либо с очень слабыми студентами, потому что просто не будет ребят с ЕГЭ по физике, с ЕГЭ по химии, по вот этим предметам.

Но ведь ещё хуже будет сейчас, потому что для того, чтобы подготовиться по ЕГЭ, нужно заранее выбрать, что вы готовитесь по физике, химии, информатике и математике. Вы это не выбрали, вы не подготовились и два года последних не учили физику и химию толком, вы потом никогда не сможете переориентироваться, потому что технические науки, они требуют работы в течение вот этого подросткового периода.

И наша фракция, если вдруг случится такое чудо, и законопроект будет принят в первом чтении, мы считаем, что ЕГЭ не должно быть не только по истории и литературе, поскольку у нас есть очень много людей, представителей с естественнонаучным образованием, мы считаем совершенно недопустимым ЕГЭ и принятие экзаменов по ЕГЭ в области физики и математики, потому что это полностью совершенно абсурдно и подавляет творческое мышление, именно математическое мышление и физическое мышление.

И следующий момент по поводу коррупции. Я не случайно задала вопрос Олегу Николаевичу, я очень удовлетворена его ответом, потому что, безусловно, только анализ регионального среза, который является теперь закрытой информацией, он чётко показывает степень коррумпированности при сдаче ЕГЭ, потому что вес ЕГЭ московского или петербургского балла, он совершенно другой, чем какого-либо другого региона. И страдают ребята именно из тех регионов, где более честно принимают экзамены.

Я думаю, что на следующий год будет дано указание. И правильно будет сделано администрацией Москвы, администрацией Санкт-Петербурга, ставьте, как можно более высокие ЕГЭ, пусть наши дети будут в более конкурентоспособном состоянии, по сравнению с детьми из других регионов, и они будут правы. И здесь уже ни о какой объективности ЕГЭ не будет и речи, потому что каждый регион будет стараться поднять балл, как можно больше, коли вот такая система введена, так почему наши дети от неё должны страдать?

И в итоге мы уже имеем первые результаты: первая сессия прошла? Прошла. Вот вы представляете регионы, в ваших регионах, сколько процентов сдали первую сессию в вузах? Не знают и не хотят знать и не слышат. В Санкт-Петербурге 18 процентов не сдало первую сессию. Вот как бы результаты по средним, по всем вузам. 18 процентов не сдали первую сессию – это следствие приёма по ЕГЭ. Нет, не то же самое, что и в прошлые годы, нет, не то же самое. Не то же самое, что и прошлые годы: 1,2 с 0,5 в большинстве технических вузов дети не могут сложить. Или ему задают пример, 100-балльный, кстати, приехал человек, 100 баллов из одной из южных республик. 100 баллов получил. Так у него были вступительные экзамены, а то он привозит 100 баллов и его необходимо принять, а он не может 0,5 сложить с 1,2.

Спасибо за внимание. Если вы хотите такую страну, то вот она такой и будет. Но тогда вы скажите президенту, что, уважаемый Дмитрий Анатольевич, ни о какой модернизации и инновациях не может быть и речи, два университета и всё. Спасибо.

Балыхин Г.А. Уважаемая Надежда Васильевна, уважаемые коллеги! Я начну с того, уважаемая Оксана Генриховна, да, и Нина Александровна, вот если вы хотите обсуждать профессионально вопрос, связанный с образованием, то нужно всё-таки хотя бы разобраться в терминологии и в тех тенденциях, которые существуют в образовании. Вот вы говорите о федеральном законе, который мы здесь принимали, об МГУ и СПГУ и говорите о том, что они освобождены от ЕГЭ. Нина Александровна, вы задаёте вопрос и говорите, спрашиваете Олега Николаевича, сколько у нас вузов, которые освобождены от ЕГЭ. У нас нет ни одного вуза, который бы был освобождён, в том числе и МГУ, и СПГУ. Речь идёт о том, что в прошлом году постановлением правительства 24 вузам по 50 специальностям и направлениям подготовки было разрешено проводить дополнительно к ЕГЭ дополнительные испытания.

Ну вы сейчас сказали о том, по какому пути мы идём. Это же совершенно, вы понимаете, вы отвечаете за эти слова.

Теперь вот, Олег Николаевич, вы помните, как вы здесь с этой трибуны говорили и наводили страхи на всех депутатов о том, что по итогам приёма 2009 года мы получим и выбросим на рынок труда 300-400 тысяч безработных. Это ваши слова, и я с вами тогда спорил здесь, в этом зале. По итогам, что мы получили? Мы получили, да, 29,5 тысяч, но это же в 10 раз меньше и когда... Вы же нас пугали этим. Поэтому и Министерство образования, и правительство, и наш комитет, мы принимали все меры для того, чтобы этого не допустить. Понимаете.

Теперь о главном, о чём я хочу сказать. Олег Николаевич, вы начали своё выступление с того, что сказал президент ещё в первом своём Послании в 2008 году. Он действительно сказал, что мы откатились с тех позиций, которые занимало наше образование и, прежде всего, общее образование, в былые годы. И это совершенно справедливо. Но при чём здесь ЕГЭ? Вы сказали, что вина в этом ЕГЭ. ЕГЭ, начали эксперимент в 2001 году с трёх регионов и шести вузов, и только в 2008 году у нас 75 процентов субъектов вступили в эксперимент по ЕГЭ. При чём здесь ЕГЭ? Мы должны в корень смотреть и понимать, и согласиться с тем всем нам о том, что качество общего образования у нас действительно опустилось ниже всего того, о чём мы иногда говорим. Но причина не ЕГЭ, ЕГЭ тогда не было, причина – не самый советский период, а, в первую очередь, это 90-е годы.

Вы помните о том, что когда у нас долги по зарплате, когда я пришёл в Министерство образования в 1998 году, долги по зарплате только учителям составляли 25 миллиардов рублей, до дефолта это было 25 триллионов. Тамара Васильевна, вы это тоже помните, долги по зарплате. Я специально выезжал по поручению Матвиенко в Омск, в ваш Омск, Олег Николаевич, чтобы решить проблему с губернатором и с мэром города, долги по зарплате, которые составляли полгода! О каком качестве мы можем говорить и спорить о том, что у нас хорошее качество общего образования.

Поэтому президент в двух своих посланиях говорил только о качестве общего образования, ни слова не было сказано о профессиональном образовании. И мы это прекрасно понимаем.

А как мы готовим педагогов? Откуда качество, если.. Спрашивали, Олег Николаевич, вас, у вас результаты по субъектам и вообще вы проанализировали те результаты, которые мы получили в 2009 году? Да, результаты по регионам есть, и мы прекрасно знаем, и вы как заместитель председателя Комитета по образованию тоже их знаете. Но вы должны знать как педагог и выпускник педагогического вуза о том, что средний балл поступления по ЕГЭ в педагогические вузы 53 балла, а средний по всем специальностям и направлениям подготовки – 59. На 6 баллов. Кого мы принимаем в вузы!

Вчера я проводил совещание с ректорами всех педагогических вузов, и мы это проводили в рамках совета по вопросам качества общего образования, который мы создали на партийной площадке при президиуме Генерального совета по инициативе нашего комитета "Единой России", естественно. А совет этот, я скажу, возглавляет Виктор Антонович Садовничий – ректор Московского университета, который в начале эксперимента по ЕГЭ был его противником, Олег Николаевич, и вы это прекрасно знаете. Так вот в рамках этого совета мы проводили вчера совещание впервые за всю российскую историю, совещание с ректорами педагогических вузов и обсуждали проблему, как готовить учителя, какой новой школе нужен новый учитель. Понимаете, мы должны эти вопросы обсуждать.

А если говорить о положительных и отрицательных элементах результатов единого государственного экзамена, то я хочу сказать. Вот практически все выступали и говорили о коррупции. А вы, что, не помните и не знаете, что такое было "телефонное право"? Я, как проректор, как первый проректор, как заместитель министра, первый заместитель министра, руководитель агентства, жизни никакой не было у руководителей в течение 3- 4 месяцев от звонков, которые поступали, в том числе и по правительственной связи. И сейчас все ректоры помнят о том, как они прятались от этих телефонов.

Потому что звонки вот сейчас, когда мы ввели ЕГЭ, Олег Николаевич, вы это прекрасно знаете, никаких звонков, ничего нет. Но даже то, что мы коррупцию опустили с высшего образования и у нас есть случаи, когда в общеобразовательной школе что-то случается, но так это же наша жизнь, это наш менталитет, мы без этого не можем. Значит надо, чтобы и правоохранительные органы занимались и работали в этом отношении. Но никто же этого не скрывает.

И ещё одно. Я хочу сказать о том, разбить миф о ЕГЭ, как о тесте.

Да, действительно тестовая форма Единого государственного экзамена была только в начале эксперимента, 2001 год. Сейчас это три: "а", "в", "с". И только часть "а" является тестовой, где нужно выбрать один ответ из четырёх. Всё остальное, "в" и "с", по всем предметам – это не тесты, это конкретные ответы на конкретные вопросы, которые есть в заданиях контрольно-измерительных материалов. Но я хочу вам честно сказать, поскольку действительно, наверное, как профессионал, извините может быть за нескромность, но я с тех пор работаю в министерстве и в агентстве, и я пропустил всё это через себя. И как профессионал вам могу сказать, что те тесты, которые были в 2000 году, и сейчас те контрольно-измерительные материалы, которые мы имеем сейчас, это две большие разницы, как говорят в Одессе.

И я хочу к этому дополнить то, что и Министерство образования, и служба по контролю и надзору в области образования каждый год вносят поправки в контрольно-измерительные материалы и вообще в порядок приёма по единому государственному экзамену. А если о результате ещё говорить, Олег Николаевич, вы что не знаете, что, наверное, я могу честно сказать, вот глядя своим коллегам в глаза, о том, что благодаря единому государственному экзамену, который повысил доступность, мы построили, и в этом году итоговая коллегия неделю назад в агентстве прошла, и Николай Иванович докладывал, что в 2009 году построено 18 общежитий. И это благодаря единому государственному экзамену. Это как один штрих из того, что мы можем сказать о положительном в области единого государственного экзамена.

Поэтому, уважаемые коллеги, и представители КПРФ, и "Справедливой России", пожалуйста, вы не бойтесь, не сомневайтесь, и не... Вот Оксана Генриховна ушла, и вы не выполняете свой... (Микрофон отключён).

Председательствующий. Спасибо, Григорий Артёмович. Заключительное слово докладчику.

Пожалуйста, Олег Николаевич.

Смолин О.Н. Уважаемые коллеги! У меня впереди ещё два законопроекта, в процессе обсуждения которых я смогу возразить всем моим уважаемым оппонентам. А пока я только хочу вам сказать, уважаемые коллеги, что у меня есть две новости. Как ни странно, одна – хорошая, другая – плохая. Давайте начнём с хорошей.

Поскольку ЕГЭ в России был заимствован самым примитивным образом из американской системы образования, я рад вам сообщить, что Барак Обама принял решение свернуть тестовую систему в Соединённых Штатах Америки. Цитирую сообщение "РИА-Новости". Четыре миллиарда рублей потребуется на то, чтобы уничтожить расширенную при Джордже Буше программу тестирования для оценки успеваемости ученика, в России известную как ЕГЭ. Система эта – давняя американская болезнь, которая уже 10-летия делала американское образование удобным разве что для умственно отсталых, но при Буше её попытались сделать универсальной для всех школ. И стало ясно, что дело дошло до последней точки. С таким образованием дальше ехать некуда. Мы – в России, совершенно верно, поэтому нечего нам болеть американскими болезнями. Это во-первых.

А во-вторых, уважаемые коллеги, есть у меня плохая новость. Автор её отец знаменитого нашего адвоката Анатолия Фёдоровича Кони – Фёдор Алексеевич Кони и новости этой уже 155 лет.

Звучит это так:

Не жди, чтобы цвела страна,
Где царство власти, не рассудка
И где зависит всё от сна
И от сварения желудка!

Где есть закон — чтоб понимать,
Как он изменчив и непрочен;
И где звездами лечат знать
От заслужённых ей пощечин!

Где много есть свободных мест
Для угнетенья и позора;
Где вешают на вора крест,
А не на крест вздевают вора!

Пропущу несколько строк и заключительные:

Где в прихоть барства и чинов
Даны на жертву поколенья,
Где для затмения умов
Есть министерство «просвещенья».

Я призываю вас, уважаемые коллеги, принять законопроект, который хотя бы немного уменьшит затмение умов в нашей стране. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Олег Николаевич. Заключительное слово содокладчику требуется? Не требуется.

По ведению – депутат Останина.

Останина Н.А. Поскольку Григорий Артёмович приписал мне высказывание, которое ни по сути, ни по форме не соответствует моему вопросу, я всё-таки для стенограммы ещё раз повторяю вопрос, который я записала для себя.

Григорий Артёмович, вместо банального "сколько вузов принимают вступительные экзамены по ЕГЭ" мною было спрошено: "Назовите, пожалуйста, перечень высших учебных заведений, которые получили право принимать вступительные экзамены в традиционной форме?".

Председательствующий. Спасибо, Нина Александровна.

Ну, а теперь Балыхин Григорий Артёмович – по ведению.

Балыхин Г.А. У меня действительно по ведению.

Я хочу Олегу Николаевичу, ещё раз его поправить, что нужно быть всё-таки корректным. Элементы американской системы, они практически не используются в нашей системе единого государственного экзамена. В нашей системе в основе элементы английской системы единого государственного экзамена, то есть "тестирование", как у них называется. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо.

Полномочный представитель президента не желает? Правительства?

Ставится на голосование проект федерального закона "О внесении изменений в статьи 15, 16 и 28 Закона Российской Федерации "Об образовании" и статьи 11 и 24 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании". Кто за данный законопроект, прошу определиться голосованием.

Включите, пожалуйста, режим голосования. Результаты голосования.

Решение не принято.

Видеофрагмент заседания в программе «Альтернативы ЕГЭ».