Среднее профессиональное образование и кадры для производства:
что делать в пределах возможного?[1]
Очевидно: достижение технологического суверенитета невозможно без национальных (отечественных) кадров. Более того, этот факт осознан не только экономистами, но, что не менее важно, управленцами и бизнес-сообществом. Так, согласно опросу, проведенному Российским союзом промышленников и предпринимателей, 70-75% опрошенных бизнесменов признали кадровую проблему в современных условиях главной – даже важнее денег[2].
По официальным данным, дефицит кадров в России составляет около 2,5 миллионов человек[3]; по экспертным – 4-5 миллионов. По сообщению Председателя Банка России Э.С. Набиуллиной на пленарном заседании Государственной Думы 19 ноября 2024 года, кадровый дефицит испытывают 73% всех предприятий. В промышленности более всего не хватает квалифицированных инженерно-технических работников и квалифицированных рабочих, в сельском хозяйстве – механизаторов (см. таблицу № 1).
Таблица 1. Дефицит работников в Российской Федерации
специальности / официальные данные /экспертные данные
народное хозяйство в целом / 2,5 миллиона / по данным Института экономики РАН, 4,8 млн[4]
рабочие — служащие («синие воротнички») / — / по разным данным, от 2,5 до 5 миллионов
строители / — / по данным сервиса Workforce, от 3 до 5 миллионов[5]
инженерно-технические работники / — / около 600 тысяч
работники сельского хозяйства / — / около 200 тысяч
учителя / от 11 до 30 тысяч / 250 тысяч (при условии работы учителей на 1,2 ставки)[6]
Причин много. Назову лишь три.
Первая — деиндустриализация страны и связанное с ней резкое сокращение, а нередко и низкое качество подготовки кадров. Как сказал на заседании фракции КПРФ 10 мая 2024 года Председатель Правительства России М.В. Мишустин, 30 лет промышленность была в загоне. Результаты перед вами. Например, комбайнов выпускаем в 10 раз, а тракторов — в 50 раз меньше, чем в 1990 году (см. таблицу № 2).
Таблица 2. Деиндустриализация страны: некоторые показатели машиностроения
(2022 год по сравнению с 1990 годом, по данным Росстата):
комбайны – 10,3%;
металлорежущие станки – 9,7%;
экскаваторы – 7%;
тракторы — 1,9%.
Вторая причина — низкий уровень производительности труда и колоссальное отставание ее роста в последние годы от роста заработной платы. Так, с 2015 по 2023 годы производительность труда суммарно выросла на 11% (см. таблицу № 3), а заработная плата, по данным, представленным заместителем председателя ФНПР Д.М. Кришталем, с 2015 года по 2024 год – на 160%, т.е. более чем в 2,5 раза.
Таблица 3. Индекс производительности труда в экономике Российской Федерации в 2015-2024 гг. (в % к предыдущему году)
По данным Росстата
2015 — 98,7
2016 — 100,1
2017 — 102,1
2018 — 103,1
2019 — 102,4
2020 — 99,6
2021 — 103,9
2022 — 97,2
2023 — 101,9
Суммарный рост – 11%
2024 (прогноз Банка России на основе мониторинга предприятий) – 3,2
Президент России в 2022 году на конференции «Путешествие в мир искусственного интеллекта» (AI Journey, AIJ) обратил внимание на то, что Россия сильно отстаёт по внедрению робототехники от передовых стран[7].
Приведем статистические данные: до пандемии (2017 год) в Южной Корее на 10 тысяч работников приходилось 710 роботов, в России – 4; после пандемии в Южной Корее (2023 год) — 1012, в России (2022 год) – 11, на ноябрь 2024 года – 19, т.е. в 50 раз меньше (см. таблицу 4).
Таблица 4. Количество ежегодно устанавливаемых промышленных роботов в расчете на 10 тысяч работников[8]
2017 / 2022 / 2023
Южная Корея – 710 / 1 012 / 1012;
Сингапур – 658 / 730 / 770;
Германия – 322 / 415 / 429;
Япония – 308 / 397 / 419;
Китай – 97 / 392 / 470
Россия – 4 / 11 (данные Минпромторга РФ за 2022 год) / 19 (данные Минпромторга РФ на ноябрь 2024 года)
Одна из причин – слишком дешевая рабочая сила. Лишь после 2022 года, когда она резко подорожала, отечественный бизнес стал проявлять интерес к роботизации. Но быстро такое отставание преодолеть невозможно.
Причина третья — диспропорции между потребностями производства и подготовкой рабочих, ИТР и механизаторов в российских учебных заведениях.
Так, в 2000 году суммарное количество учреждений начального профессионального и среднего профессионального образования в России составляло 6 596; в настоящее время организаций СПО – 3 200[9]. Сокращение более чем вдвое.
В своё время техникумы и колледжи финансировались из федерального бюджета, но в 2012 году были массово переданы в регионы, несмотря на категорические возражения депутатов от левой оппозиции и сопротивление Минобрнауки. С тех пор и началось массовое сокращение, а также политика «спасайся, кто и как может».
Мы видим и ценим усилия министерств, в частности, Минпросвещения, направленные на решение кадровых проблем в промышленности:
— программа «Профессионалитет» укрепила интеграцию промышленности и профессионального образования, хотя и ценою снижения общеобразовательной подготовки;
— в части колледжей новое оборудование помогло расширить демонстрационный экзамен, который позволяет проверить реальную квалификацию выпускников;
— издан единый учебник истории для колледжей, который в несколько раз дешевле прежних учебников;
— не только школа, но профессиональные учебные заведения поворачиваются лицом к воспитательной работе;
— в колледжах кураторы групп получают выплаты за счет федерального бюджета. Кстати, именно это предлагалось еще 13 лет назад в подготовленном автором законопроекте «О народном образовании». Ныне идея реализована – спасибо Президенту Российской Федерации;
— за последние годы практически вдвое увеличилось количество инвалидов в учреждениях СПО, а движение Абилимпикс приобрело поистине массовый характер.
Но при всём уважении к присутствующим членам правительства, очевидно: проблема системная и для ее решения требуются усилия всех уровней и ветвей власти.
1. В разные годы советского периода соотношение числа выпускников основной школы, идущих в старшую школу и в учреждения профобразования, существенно различалось: если в середине 1970-х около 70% выпускников учились в старшей школе и лишь около 30% – в системе профобразования, в 1980 году – 62% и 38%, соответственно, то в середине 1980-х это соотношение составляло 54% к 46%[10]. Однако всегда количество старшеклассников преобладало над количеством учащихся профессиональных учебных заведений. В настоящее же время в колледжи идут около 60%.
Ряд руководителей федеральных и региональных и органов власти считают эту тенденцию позитивной, однако это, по меньшей мере, спорно. Общеобразовательные предметы в системе профессионального образования преподаются значительно слабее, чем в школе, поэтому советская промышленность не испытывала дефицита математиков и инженерных кадров. В настоящее же время многие вузы не могут набрать студентов по этим специальностям даже на бюджетные места.
Мало того, что сами девятиклассники, в т.ч. не желая сдавать ЕГЭ, отправляются в систему СПО, в ряде регионов их туда еще и направляют принудительно.
Такова, например, позиция столичных властей, где девятиклассникам с невысокими баллами ОГЭ отказывают в приёме в 10-ый класс под предлогом профилизации. Реальная же причина – желание обеспечить высокие показатели ЕГЭ в 11 классе. Считаю это прямым нарушением закона об образовании. Такой же позиции придерживается Конституционный суд. Цитирую:
«Положения части 5 статьи 67 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», позволяющие образовательным организациям устанавливать индивидуальный отбор при приеме либо переводе в государственные и муниципальные образовательные организации для получения основного общего и среднего общего образования с углубленным изучением отдельных учебных предметов или для профильного обучения, во всяком случае не могут рассматриваться в системе действующего правового регулирования как основание для лишения возможности продолжения обучения в конкретной общеобразовательной организации обучающихся без предоставления необходимых гарантий получения образования по образовательным программам среднего общего образования, в том числе в другой общеобразовательной организации субъекта Российской Федерации (муниципального образования), учитывая среди прочего территориальную доступность данной общеобразовательной организации»[11].
В настоящее время по запросу автора этой статьи проблемой занимается Генеральная прокуратура. Цитирую фрагменты запроса:
«в системе образования города Москвы создана ситуация, при которой реализовать право на получение среднего общего образования в общеобразовательных организациях города Москвы возможно только путем поступления в профильные 10-е классы либо классы с углубленным изучением отдельных предметов. Как следует из ответа Департамента образования города Москвы (письмо от 11 июля 2024 № 01-55/02-8845/24), непрофильные 10-е классы и 10-е классы без углубленного изучения предметов в общеобразовательных организациях города Москвы отсутствуют.
Для детей, которые не проходят отбор в профильные классы и классы с углубленным изучением отдельных предметов, предлагается единственный путь получения среднего общего образования – поступление в профессиональные образовательные организации города Москвы для одновременного получения среднего профессионального и среднего общего образования, что является прямым нарушением федерального законодательства об образовании.
Так, согласно части 3 статьи 5 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» (далее – Закон), в Российской Федерации гарантируется общедоступность и бесплатность среднего общего образования. Согласно части 1 статьи 63 Закона, образовательные программы начального общего, основного общего и среднего общего образования являются преемственными, в связи с чем ограничение набора в 10-е классы исключительно профильными классами или классами с углубленным изучением отдельных предметов является нарушением права и государственной гарантии на получение гражданином среднего общего образования.
В соответствии с частью 5 статьи 66 Закона, среднее общее образование является обязательным уровнем образования. Между тем, как среднее профессиональное образование, в соответствии с Законом, не является обязательным. Таким образом, принуждение обучающихся (родителей обучающихся) к реализации права на получение среднего общего образования (обязанности обеспечения получения детьми среднего общего образования) исключительно в профессиональных образовательных организациях является грубым нарушением Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации».
[…]
В связи с изложенным, прошу Вас, уважаемый Игорь Викторович, провести проверку ситуации, сложившейся в городе Москве с приемом в 10-е классы общеобразовательных организаций, и принять меры по защите права граждан на получение среднего общего образования»[12].
2. В советский период соотношение количества тех, кто обучался в ПТУ и техникумах, в разные годы существенно отличалось: если в середине 1970-х годов оно составляло 40% к 60% в пользу учащихся техникумов, то в середине 1980-х это соотношение стало обратным – 60% к 40% в пользу учащихся профтехучилищ. Еще в 1995 году это соотношение составляло 52% к 48%. В настоящее же время ситуация прямо противоположная: по рабочим специальностям обучаются 18,2%, а по профессиям специалистов среднего звена – все остальные (см. таблицу № 5).
Таблица 5. Распределение студентов СПО по программам подготовки[13]
Год / программы подготовки рабочих кадров / программы подготовки специалистов среднего звена
1975 год: 41% / 59%
1980 год: 55,7% / 44,3%
1985 год: 60,5% / 39,5%
1995 год: 58% / 42%;
2000 год: 47% / 53;
2022 год: 18,2% / 81,8%.
Другими словами, 60% девятиклассников, которые обучаются в системе профессионального образования, никак не помогают решить проблему рабочих кадров.
3. Согласно статье 43 Конституции России, среднее профессиональное образование общедоступно и бесплатно. Однако на самом деле в СССР общедоступным и бесплатным было именно начальное профессиональное образование, т.е. подготовка рабочих кадров, а в техникумы, т.е. в систему среднего профессионального образования, всегда отбирали по конкурсу.
Но факт остаётся фактом: изменить данную статью Конституции можно только созывом Конституционного собрания с последующим возможным проведением референдума[14].
При этом практика расходится с Конституцией радикально. По данным последнего официального справочника, 43% всех студентов СПО учатся за деньги, в т.ч. около 8% тех, кто получает образование по рабочим специальностям (см. таблицу № 6)[15].
Таблица 6. Вытеснение бюджетного образования платным в учреждениях среднего профессионального образования
Доля студентов организаций среднего профессионального образования, обучающихся на платной основе – 43%, в т.ч.:
по юридическим специальностям — 92%,
по фармацевтическим – 87%,
сестринское дело – 46% и т.д.
Закон «Об образовании в Российской Федерации» предусматривает в особых случаях возможность конкурса документов и обучения на платной основе. Цитирую: «В случае, если численность поступающих превышает количество мест, финансовое обеспечение которых осуществляется за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов, образовательная организация … учитывает результаты освоения поступающими образовательной программы основного общего или среднего общего образования, указанные в представленных поступающими документах об образовании и (или) документах об образовании и о квалификации, результаты вступительных испытаний (при наличии), результаты индивидуальных достижений, сведения о которых поступающий вправе представить при приеме…»[16].
Однако, во-первых, 43% студентов не могут считаться особыми случаями; а, во-вторых, согласно части 3 статьи 55 Конституции РФ: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». К данной ситуации конституционные ограничения отношения не имеют.
Почему до сих пор никто из тех, кто платит за среднее профобразование, не обратился в Конституционный суд, – загадка. Принять решение о соответствии норм закона «Об образовании в РФ» статье 43 основного закона Конституционному суду было бы непросто.
Но главный вопрос: почему так распространилось платное среднее профобразование?
Ответ очевиден: колледжи и техникумы хронически недофинансируются и зарабатывают деньги, как могут.
4. Когда федеральным законом от 29.12.2012 № 273 была ликвидирована система начального профессионального образования и всё профессиональное образование объявлено средним, это во многом привело к сокращениям подготовки по рабочим специальностям. Тогда, захлёбываясь от восторга, нам говорили, что теперь никто никого не будет обзывать «пэтэушниками». При этом скромно умалчивали, что т.н. пэтэушниками были, например, Сергей Королев, Игорь Курчатов, Юрий Гагарин и Виктор Черномырдин. Когда Председатель Государственной Думы В.В. Володин попросил действующих депутатов, окончивших ПТУ, поднять руки, их нашлось более 15.
Тем не менее, депутат от фракции «Новые люди» А.В. Скрозникова на том же заседании повторила прежние примитивные стереотипы: «Мы часто слышим от КПРФ про лучшее в мире советское образование, но давайте честно, понадобилось 30 лет, чтобы колледжи и техникумы перестали быть страшилкой для школьников: тебе вуз не светит, пойдёшь в ПТУ».
Как видим, депутату и члену Комитета Государственной Думы по просвещению невдомек, что колледжи и техникумы, с одной стороны, и ПТУ – с другой – это разные уровни образования: колледжей в советский период не существовало, а техникумы «страшилкой» не были никогда. Иных комментариев, полагаю, не требуется.
Под шумок была ликвидирована большая часть социальных гарантий для учащихся системы начального профобразования, которых не было в техникумах.
Например, стипендия в ПТУ устанавливалась на уровне вузовской – 80% от прожиточного минимума; в настоящее время норматив (с учётом инфляции) расчётной стипендии студента системы СПО составляет 713рублей, т.е. 4,2% от прожиточного минимума, т.е. примерно в 20 раз меньше. Учащиеся системы ПТУ имели бесплатное питание и обмундирование. В большинстве случаев в большинстве объединенных колледжей то и другое ликвидировано. По оценкам экс-министра образования, академика Е.В. Ткаченко, государство сэкономило на этом около 100 миллиардов рублей. В настоящее время с учетом инфляции это около 250 миллиардов.
5. Правительство Российской Федерации Распоряжением от 2 сентября 2024 года № 2401-р признало, что увеличение доли занятых инвалидов может помочь решить кадровую проблему в России. Статистика убеждает, что инвалиды с профессиональным или высшим образованием трудоустраиваются значительно чаще, чем те, кто такого образования не имеют.
Так, средний уровень занятости инвалидов трудоспособного возраста в России, по данным Минтруда, – около 26%. При этом, по тем же данным, средний уровень занятости инвалидов с профессиональным или высшим образованием – 41%, а вузы, массово обучающие инвалидов, дают результат трудоустройства на уровне 60-70 и более процентов.
Очевидно: освоить программы среднего профобразования способно большее количество инвалидов, чем программы образования высшего. Однако инвалиды имеют льготы при поступлении в высшие учебные заведения, но практически не имеют преимуществ при поступлении в учреждения СПО, в т.ч. на программы подготовки квалифицированных рабочих. Между тем, при приеме в учреждения СПО регулярно возникает конкурс на основе среднего балла документов об окончании основной школы. В таком конкурсе инвалиды, как правило, проигрывают здоровым абитуриентам.
До недавнего времени подготовленные автором законопроекты о льготах для инвалидов, поступающих в организации СПО, отклонялись юристами правительства и Главного правового управления Президента РФ на том основании, что, согласно Конституции РФ, среднее профессиональное образование в России общедоступно и бесплатно. Однако Федеральным законом от 25 декабря 2023 года № 685-ФЗ установлено право на первоочередной прием в учреждения СПО для участников Специальной военной операции и их детей. Тем самым было признано, что фактически среднее профессиональное образование не является ни общедоступным, ни бесплатным. Отсутствие льгот значительно снижает возможности вовлечения инвалидов как важного кадрового ресурса страны в экономическую деятельность.
В заключение выступления в парламенте автор сформулировал следующие предложения.
1. Увеличить прием в организации СПО по программам подготовки квалифицированных рабочих и обеспечить по всем таким специальностям бюджетное образование. Поддерживаю Председателя Государственной Думы: необходимо выполнить Конституцию хотя бы в этой части.
2. Восстановить для тех, кто учится по направлениям подготовки квалифицированных рабочих, хотя бы часть дополнительных социальных гарантий, которые имели учащиеся ПТУ в советский период: например, более высокую стипендию и бесплатное питание.
3. Обеспечить более широкие возможности переподготовки по рабочим специальностям на бюджетной основе.
4. Ввести реальные льготы при поступлении в организации СПО для инвалидов в случае возникновения конкурса документов.
5. Выделить регионам на поддержку СПО, прежде всего по направлениям подготовки квалифицированных рабочих, дополнительные субвенции из федерального бюджета (за исключением регионов-доноров).
6. Расширить систему налоговых льгот для предприятий, инвестирующих средства в систему СПО, в особенности в подготовку рабочих и сельскохозяйственных кадров.
7. Прописать нормами прямого действия обязанности предприятий по обеспечению возможности прохождения практики студентами СПО, в частности, теми, кто обучается по программам подготовки квалифицированных рабочих и механизаторов.
8. Рассмотреть возможность возвращения на финансирование из федерального бюджета организаций СПО, обеспечивающих подготовку кадров, как минимум, для оборонно-промышленного комплекса.
9. Способствовать формированию положительного образа квалифицированного рабочего в общественном сознании, используя государственные и иные средства массовой информации.
10. Повысить среднюю заработную плату преподавателей и мастеров производственного обучения образовательных учреждений среднего профессионального образования, согласно Указу Президента РФ от 7 мая 2012 года, до средней заработной платы в соответствующем регионе при работе на одну ставку.
Решить проблему целиком эти предложения не позволят, но смягчить ее остроту, безусловно, способны. Мы готовы конструктивно работать с правительством для преодоления кадрового дефицита в нашей стране.
[1] Статья подготовлена на основе полного текста выступления О.Н. Смолина от фракции КПРФ на Правительственном часе «Оповышении роли системы среднего профессионального образования в кадровом обеспечении отраслей производства» в Государственной Думе 27 ноября 2024
[2] Данные были озвучены на съезде РСПП 16 марта 2023 года
[3] Концепция по повышению уровня занятости инвалидов в Российской Федерации до 2030 года. Утверждена Распоряжением Правительства Российской Федерации от 2 сентября 2024 года № 2401-р.
[4] Строителева М. Как же без рук: дефицит работников в 2023 году составил 4,8 млн // Известия. – 2023. – 24 декабря. [Электронный ресурс]. – URL: https://iz.ru/1624816/mariia-stroiteleva/kak-zhe-bez-ruk-defitcit-rabotnikov-v-2023-godu-sostavil-48-mln?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop
[5] РИА «Новости». – 2023. — 10 мая. [Электронный ресурс]. – URL:
[6] Сведения по форме федерального статистического наблюдения № ОО-1 «Сведения об организации, осуществляющей образовательную деятельность по образовательным программам начального общего, основного общего, среднего общего образования» [Электронный ресурс]. – URL: Минпросвещения России (edu.gov.ru)
[7] Метцель М. Путин поручил создать новый федеральный проект по развитию робототехники. [Электронный ресурс]. URL:https://tass.ru/ekonomika/16419447
[8] По данным Международной федерации робототехники (IFR)
[9] Источники:
Образование в цифрах: 2014 : краткий статистический сборник. – Москва : Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», 2014. – С. 31
Индикаторы образования: 2024 : статистический сборник / Н. В. Бондаренко, Т. А. Варламова, Л. М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М. : ИСИЭЗ ВШЭ, 2024. – С. 176
[10] Старшая школа и ее альтернативы в советской и российской практике / Ф. Ф. Дудырев, О. А. Романова, А. И. Шабалин; Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Институт образования. — М.: НИУ ВШЭ, 2017. — С. 18.
[11] Из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23.07.2020 № 39-П по делу о проверке конституционности пункта 1 части 1 статьи 61 и части 5 статьи 67 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина И.И.Пикулина (абзац 7 пункта 4 Постановления).
[12] Из письма первого заместителя председателя Комитета Государственной Думы по науке и высшему образованию О.Н. Смолина Генеральному прокурору РФ И.В. Краснову от 15.07.2024 № ОС2/228
[13] Источники:
Старшая школа и ее альтернативы в советской и российской практике / Ф. Ф. Дудырев, О. А. Романова, А. И. Шабалин; Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Институт образования. — М.: НИУ ВШЭ, 2017. — С. 18.
Индикаторы образования: 2007. Статистический сборник. – М.: ГУ – ВШЭ, 2007. – С. 54, 64.
Индикаторы образования: 2024 : статистический сборник / Н. В. Бондаренко, Т. А. Варламова, Л. М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М. : ИСИЭЗ ВШЭ, 2024. С. 202, 209.
[14] Статья 135 Конституции РФ
[15] Индикаторы образования: 2023 : статистический сборник / Н. В. Бондаренко, Т. А. Варламова, Л. М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М. : НИУ ВШЭ, 2023
[16] Часть 4 ст. 68 Федерального закона от 29.12.2012 № 273 «Об образовании в Российской Федерации»